Замок княгини

А внизу простиралось море, серо-зеленое, неласковое в это время года, в седых космах волн, в одной стороны — бескрайнее…

Только не для него. Для драконов в том мире нет ничего бескрайнего.

Он, Дьян — соддийский князь. Князь, коронованный истинной короной. У него до сих пор нет наследников, потому что мальчишка, рожденный его непокорной и взбалмошной сестренкой восемнадцать лет назад от итсванского именя — пока не наследник. Ему ещё взрослеть. Князя некому заменить, потому что дед, Старший Дьян, на это уже не годен.

Он, князь Дьян, был дважды женат по обычаям предков, кроме того, у него были женщины вне этих браков. И результат — одна дочь, маленькая Бина, выжившая чудом. Его любимая малышка, которую ещё годы отделяют от её первого полета. Она станет красавицей, как её мать, и такой же прекрасной летуньей, как все женщины в семье Дьянов — ему бы этого хотелось. Но она будет женщиной, которую отдадут замуж за черного дракона, может быть, в другой конец Содды — что для драконов расстояния? Она, если посчастливится, станет матерью черных драконов, но наследницей отца ей не стать, и корону его не примерить — истинная корона Дьянов и держится на головах женщин.

Они примеряли, конечно, примеряли, и не раз — не держится. Это так же верно, как то, что женщины не водят драконьи стаи.

Это закон жизни. Мужчинам полагается одно, женщинам другое. Не лучше и не хуже, просто другое…

Да к тому, конечно, что он, Дьян, даже любовницу на ночь не может себе выбрать просто так, не думая о том, что выбирает возможную мать своему ребенку.

Мать Дьяну, который будет жить после него, продолжит его кровь и его род. То, каким будут его внуки и правнуки, зависит от того, какую женщину он возьмет себе в постель теперь.

И есть ведь счастливцы, которые могут не беспокоиться об этом вовсе! Они

следуют желаниям, воле Провидения — а этим можно оправдать вообще всё. И когда по ним нежданно-негаданно бьёт вот эта самая, как её там… простая житейская магия, называемая внезапной любовью…

Нет, влюбленностью, говорил этот дурень Джелвер.

Влюбленность может стать любовью, а может и не стать. Останется пустышкой, поволнующей кровь, наполнившей дурманом разум — на какой-то срок, может, вовсе недолгий, а потом незаметно увянет, как и не было её. Но дети могут родиться.

Внезапная влюбленность, да. Житейская магия… проявление магии, наполняющей мир, пронизывающей его невидимыми стрелами, омывающей невидимыми волнами.