Замок княгини

Боюсь, важные дела не позволят мне столь долгой отсрочки.

— Боюсь, ты не всё понял, мой князь, — теперь император улыбнулся куда живее, чем раньше. — Такого рода брак не может быть заключён без добровольного согласия невесты. Не вынужденного, а добровольного. Она должна хотеть выйти замуж за избранника. Чтобы внушить ей такое желание, думаю, твоему племяннику потребуется время.

— Мы готовы рискнуть, — сказал князь. — Завтра утром.

— Мы со своей стороны ничего не имеем против. Обряд состоится завтра утром. Ещё одно необходимое условие, продиктованное обычаями Каста: три месяца при молодой супруге твоего племянника будет маг Вейр из обители Хранителя Каста.

Князь недовольно взглянул на Вейра.

— Помогать. Наставлять. Просвещать.

— Хорошо, — пожал плечами князь.

"Джелвер, значит, твоя задача тоже будет помогать, наставлять, и присматривать, чтобы этот носатый не зарывался. Ты согласен, друг?"

"Рискну согласиться, мой князь".

— Мы согласны, мой император.

— Здесь условия, о который настаивает семья девушки, — император сделал знак, и князю подали бумаги.

Он читал внимательно, долго. Наконец кивнул.

— Всё приемлемо, — и размашисто подписал листы, взяв поднесенное перо.

Осталось обменяться традиционным набором вежливых фраз, это опять заняло довольно долгое время. Наконец князь с императором одновременно поднялись из-за стола и вышли в разные двери, за ними потянулись остальные.

— Ох, — протяжно вздохнул новоявленный жених, — почему то, что можно решить за пять минут, нужно обсуждать так долго?

Дьян недобро глянул на него и отвернулся.

— Смотри-ка, — Джелвер тронул Ардая за локоть.

Они уже проходили мимо этой роскошной мозаики, изображающей море и корабли. Ардай не сразу заметил надпись, идущую поверху, написанную староитсванскими буквами, с характерными завитушками:

"Всё, происходящее в мире, случалось уже неоднократно. Ничего нового случится не может".

— Такого много в старых домах в Приграничье.

— Да. Этот замок не так и стар, наверное. Мозаику и надпись откуда-то скопировали, или целиком поставили древнюю.

Древнесоддийского Ардай не знал, и не собирался покуда осваивать — зачем? На итсванском ещё куда ни шло.

— Как нибудь посмотрю, — сказал он, — а вообще, я и так знаю, что всё уже было. Кто сомневается?

Мир соддийцев перестал существовать.