Даже танец листиков и цветков виден…
Управляющий королевским сидом же продолжал нудить!
– Я не отрицаю, что у вас есть интересные вещи, но признай, что творения фейри многократно это все превосходят!
– В прикладном ремесле – несомненно, – спокойно согласилась я. – Но вот наука…
– Наука! – возмущенно всплеснул семипалыми руками брауни. – Может ли объяснить твоя наука то, как его величество творит ткани? Может ли объяснить, как сворачивается пространство, когда открываются волшебные тропы? Может ли понять, как оживают мертвые под холмом, где упокоилось племя Парталона?!
– Если бы сюда пустили наших ученых, они бы душу продали за то, чтобы все это выяснить, – вполне серьезно ответила я, беря в руки чашку.
– Временами мне жаль, что люди не могут изучать вашу цивилизацию. Уверена, что для кого-то это было бы делом жизни.
И, кстати, в этот момент я вспомнила о том, что буквально завтра стану королевой. И что, по словам Кэйра, женщина в короне имеет как минимум один большой бонус… ей позволяют капризничать!
Как только освою магию и тропы хотя бы на бытовом уровне – сопру из своего мира ученого и попрошу выяснить, как тут все вот это делается! Отличная же идея! Еще бы сообразить, какой специальности должен быть тот ученый… Физик – точно, а еще?
Пока я витала в фантазиях, Айкен, разумеется, не затыкался.
Чем больше я его узнавала, тем больше крепла уверенность, что всю свою вечность брауни может посвятить занудству! Ну и заботе о Кэйре, да. Интересно, а какая жизненная цель у него была до встречи с королем?.
.
В общем, я решила прервать этот поток ответом на изначальный вопрос:
– Ты спрашивал про мою одежду. Так вот – видимо, в шаге от того, чтобы расстаться с человеческой сущностью, я ценю все, что меня с ней пока связывает.
Немного подумав, управляющий кивнул и важно сказал:
– Понимаю. Брауни тоже привязаны к своей одежде и меняют ее только в особенных случаях.
Вспомнились старые сказки. Судя по легендам, брауни часто помогали людям по хозяйству, но могли обидеться и уйти, если сердобольные крестьяне захотели отблагодарить их.
Особенно кельтских домовых бесила попытка подарить им одежду.
Кстати, почему?..
Именно этот вопрос я и озвучила Айкену.
– Да все просто! Как ты помнишь, никакой дар не может остаться без ответа. Подсовывать в ответ пожухлые листья стыдно, а отдавать что-то из нажитого – жалко.
– Почему?
– У молодых брауни не так много личной собственности. И, как правило, вся она – волшебная. Амулеты, артефакты и просто драгоценности.
