Но когда любишь, не только по-новому дышишь, но и по-настоящему начинаешь жить.
Нас окутал настоящий пожар. Пламя стало нашим свидетелем.
Когда я выплыл из чистого и сияющего разума своей пары, посмотрел на свои руки – они горели. Огонь послушно и ласково полз по моей коже.
Закрыл на секунду глаза и ощутил огонь в себе.
Моя пара – щедрая женщина. Она поделилась со мной своим даром. Отдала мне свой огонь, который теперь тёплым потоком бежал по моим венам, согревая меня и знакомясь со мной.
Огненная сила бурлила, радуясь какой-то яростной радостью.
Посмотрел на Майю. Моя потрясающая и любимая женщина тоже пылала – красивая, невероятная.
Она подарила мне спокойную, умиротворённую улыбку и сказала:"
"– Какой же ты мужчина, Кесарь… Ты – моя ожившая мечта… И если ты прямо сейчас не займёшься со мной любовью, то я сойду с ума…
Привлёк её к себе, сплетая в единый организм наш огонь, и произнёс:
– Предлагаю сойти с ума нам вместе…
Коснулся её сознания своим и тут же получил отклик, похожий на лёгкую, но приятную щекотку.
Майя хотела меня так же сильно, как и я её.
«Хочу тебя, моя любимая», – сказал мысленно.
«А я тебя, Кесарь… Мой любимый…» – получил мысленный ответ.
Другого приглашения мне не нужно было. И плевать, что мы в каюте для смертников и вскоре окажемся на самой чудовищной, страшной и опасной планете во всех изведанных нами галактик.
* * *Майя
Целую вечность мы были прикованы друг к другу взглядами. Разговаривали мысленно. Чувствовали друг друга как никогда и ни с кем.
Кесарь своим взглядом меня будто пленил.
Невозможный и потрясающий мужчина.
«Поцелуй меня», – попросила его мысленно.
Дважды повторять не пришлось.
Кесарь приник к моим губам. Он неспешно меня целовал, поглаживал, пробовал, сводя нас обоих с ума от ощущений и желания.
Я была рядом с ним и будто под ним, вокруг и даже глубоко внутри. Наши энергии сплелись в единый организм – тесно, крепко и навсегда.
Потом он мгновенно перевернул меня на матрас и вжал в него своим мощным телом.
Так приятно было ощущать тяжесть Кесаря на себе.
Он быстрее молнии раздел меня и разделся сам.
Кесарь зарычал, как голодный зверь, увидев меня обнажённой. Он уставился на меня, будто до конца не верил, что я вся принадлежала ему.
Моё тело пылало от сильного желания. Я жаждала, чтобы Кесарь слился со мной телом и душой. Хотела до невозможности ощутить его внутри себя, чтобы он меня наполнил своим семенем.
Дикое и первобытное желание прошлось приятной судорогой по телу.
