Замуж по договору

— Помню-помню, — отмахнулся молодой мужчина, выпрямляясь и отставляя в сторону бокал, — опасность, древние тайны и проблемы королевства.

— Для человека, который может разом потерять все, что имеет, ты слишком беспечен, — заметил демон, взглянув на друга.

— Я не могу потерять то, что мне не принадлежит, — равнодушно произнес Гаэтар. — Кроме того, можешь мне не верить, но я никогда не мечтал о власти и прочем. Жаль, что я родился первым. Уверен, из Даррена получился бы правитель куда лучше.

— Но твой брат не является наследником.

— Не напоминай. Слушай, какой-то ты слишком нервный сегодня. Ехал бы лучше во дворец, в постель к красавице жене. Уверен, она тебя ждет и скучает. Хватит коротать время со мной. Отец четко дал понять, чего хочет от вас через девять месяцев.

Мейнор отвернулся, вновь изучая толпу гостей, которые то и дело бросали в их сторону заинтересованные взгляды и возбужденно перешептывались.

— Я обязан сопровождать тебя, — упрямо повторил демон, стараясь прогнать из головы образ спящей в их постели Николетты.

Каждую ночь демон возвращался поздно, до последнего оттягивая этот момент. Как же трудно ему было изображать равнодушие, ложиться в кровать и знать, что она рядом… так близко, что стоит протянуть руку, коснуться и…

Это ведь будет так легко! Сонная девушка сама прильнет к нему, сама откроется и позволит все… а когда очнется, будет уже поздно…

Как же это легко и одновременно сложно. Потому что Ник потом не простит… и он не простит себя за поспешность…

Ведь не зеленый юнец, чтобы слепо следовать инстинкту, но как же трудно устоять, когда жена так смотрит.

Сама до конца не понимает и не догадывается, что своим взглядом, улыбками, искренним смехом и осторожными прикосновениями сводит его с ума. Что сегодня демон с трудом удержался, заставил себя остановиться. Особенно когда Ник едва слышно простонала: «Хочу… еще», когда прильнула к нему, цепляясь за плечи, когда верила…

Ребенок. Мейнор пытался напомнить себе, что она ребенок.

Дочь Ариенн.

Только вот перед глазами вставал другой образ. Николетта в традиционном платье Пустоши, которое больше обнажало, чем скрывало.

Ребенок с телом богини, с пробирающим до самых костей взглядом, с улыбкой, ради которой можно продать душу тварям Пустоты.

Нет, не ребенок. Девушка, которую боги выбрали ему в спутницы.

— Так в чем проблема? Поехали назад. Это ты меня сюда вытащил, — напомнил Гаэтар, вырывая друга из тяжелых раздумий.