Замуж по договору

— Что я потеряла наследство, и ты лишился перспективной невесты или того, что вообще связался с моей семьей?

— Ты все-таки злишься на меня, — с каким-то облегчением произнес Филипп, проигнорировав мои слова.

— Нет, но ты можешь думать все, что угодно.

— Я люблю тебя, Ник. Я все еще люблю тебя и не могу забыть, — вдруг признался он и попытался взять меня за руку.

Я тут же отстранилась, едва заметно покачав головой.

«Смотреть можно, трогать — нельзя. А то и ударить могу!»

Удивительно, но его признание не вызвало у меня никаких эмоций.

Похоже, я все-таки смогла переболеть этим мужчиной и вычеркнуть его из своего сердца.

— Почему же, я готова поверить в искренность твоих чувств. Вот только Мелисса об этом знает? — усмехнулась я.

Филипп нахмурился, отведя взгляд и неловко поправляя шейный платок, словно тот душил его.

— Все очень сложно, Ник.

— Не думаю, Филипп. Как по мне, все очень просто. Ты любишь меня, но я стала не так привлекательна, как раньше, лишившись титула, семьи и наследства. А жизнь-то продолжается.

Одного «люблю» мало для существования в обществе. Зато есть Мелисса. Она красивая, умная, богатая. Ее отец занимает высокое положение при дворе. А самое главное — она безумно тебя любит и готова закрыть глаза на то, что эти чувства не взаимны. Идеальная кандидатура на роль жены. Ты будешь заниматься своими делами, она своими, а на людях вы будете изображать счастливых супругов. Вот только какую роль в этой истории ты отвел мне?

— Ты стала очень жестокой, Ник, — посетовал мужчина, которому моя речь очень сильно не понравилась.

— Неужели? А может, ты меня просто никогда не знал по-настоящему?

— Я знаю, что ты меня любишь.

«Вот это самомнение!»

— Нет, не знаешь. — Я медленно покачала головой, глядя ему прямо в глаза. — И ошибаешься. Я ничего не чувствую, Филипп. Вот смотрю на тебя и ничего не чувствую.

— Я не верю. Ты сейчас лжешь и мне, и себе. В тебе просто говорят злость и обида.

— Правда? — улыбнулась я и чуть склонила голову в сторону.

Его сбивала с толку моя улыбка и мое равнодушие.

Неужели Филипп думал, что я впала в отчаянье, днями и ночами лью слезы и только и жду появления своего героя-спасителя?

— Такая любовь не могла исчезнуть без следа. Я понимаю, Ник, тебе сейчас сложно. И поэтому готов помочь.

— Неужели? — равнодушно поинтересовалась я, выглядывая в окно.

Мы выехали к парку и двинулись вокруг него. Отсюда до академии добраться будет намного быстрее и проще. Хоть какой-то плюс от этой поезди.

— Да.