Замуж по подписке

– Там куча вопросов по книге! И разных других… – Эрик замялся, подбирая нужное слово.

– …комментариев, – подсказала я. – А что там еще пишут?

– Ну… – Эрик пожал плечами. – В основном «Спасибо», «Мы тебя любим» и «Когда будет “прода”»?

– А кроме этого? Вопросы-то какие?

– Эрик, – провыла я. – Ну сходи еще раз на улицу и запомни, пожалуйста! Мне очень интересно! Очень-очень!

– Ну хорошо, – согласился друг, который уже усвоил, что со мной лучше не спорить. – Только торт без меня не ешьте.

– То-о-орт? – протянула я кровожадно.

– Да, я принес торт, – сказал Адриан с улыбкой. – Но видишь, без Эрика есть нельзя. Так что расскажи, что тут вообще происходит, в подробностях. А то я от нашего гения магических изобретений ничего толком не добился. Он как бешеная белка: тараторит, суетится, подпрыгивает, орехами звенит, а в дупло все равно не попадает.

– Ты сегодня удивительно поэтичен, – фыркнула я. – Пойдем хоть чайник поставим.

– Я поставлю! – Марта подорвалась с места.

Ей явно все еще было неловко, и подруга использовала удачный повод смыться.

Она убежала на кухню, а мы под скандирование «Рита, выходи! Когда у нас прода?!» отправились следом за ней. По дороге я рассказывала, как прошло мое утро.

– Как они могли так сильно облажаться? – недоумевала я. – Даже в моем мире обычно такого не случалось. Там, правда, других косяков хватало. Не представляю, что бы я делала, если бы в мою квартиру привезли пять тысяч книг!

– Ну, видимо, они все же исправились, – серьезно заметил Адриан.

Он вытащил из-за пазухи помятые листы, которые я тут же выхватила с криком:

– Не насмотрелась еще? – усмехнулся Адриан. – Сама же говоришь, что весь тираж с утра был у твоего дома.

– Я спасаю литературное произведение от печальной участи подпирать твой стол. Используй для этого книги Агнес Фейл.

– У нее такие длинные предложения, что если книги с ними положить под стол, то с него начнет все скатываться.

Прода смотрелась неплохо, хотя главы были напечатаны на тоненькой газетной бумаге, а хотелось бы плотную и белую, как в книгах Агнес Фейл. У меня такая была только на титульном листе.

Эрик вернулся как раз тогда, когда чай заварился и немного остыл. Друг выглядел слегка потрепанным и изрядно взволнованным. Даже, я бы сказала, напуганным. Бедняга, жил себе интровертом, горя не знал.