Заинтересованных в тебе будет много. Сами подойдут.
– Боюсь тебя опозорить… – Полушутя признаюсь в реальном страхе. Привлекаю все же внимание Айдара.
Я улыбаюсь, а он нет. Еще ничего не сказал, а у меня сердце уже ноет. Я боюсь не потому, что он дал понять, что такое возможно. Это всё ещё отголоски прошлой жизни. Айка всегда была слишком громкой, яркой, лезла везде…
– Кому-то ты обязательно не понравишься и тебя обосрут. Но нам похуй. В пятницу уже уезжаем.
Его легкость и в некоторой степени даже мальчишество зажигают мой взгляд и улыбку.
Не уверена, что нам прямо-таки «похуй», но звучит очень бодряще.
В машине становится по-уютному тихо. Я делаю еще несколько глотков из стаканчика. Хочу задать много вопросов, но опасаюсь. Решаюсь на один.
Вроде бы безобидный, а всё равно сердце заходится.
– Айдар… – Муж дает добро на вопрос кивком. – Ты говорил, что к нам приехал на два года...
Делаю паузу, которую Айдар не бросается тут же заполнять. Вероятно, это тоже профессиональное: не начинать отвечать на вопросы, которые еще не были заданы.
– А что ты будешь делать потом?
Сознательно не говорю «мы». Не хочу убедиться, что он не уверен, будем ли «мы» к тому времени.
– Если не сяду?
Когда он не хочет отвечать серьезно – часто шутит. Сейчас тоже. Но такие шутки меня волнуют. Ерзаю на кресле, цокаю языком и качая головой, сетую на мужа:
– Айдар, я же серьезно..."
"– Я тоже серьезно... – Одновременно верю и не верю. Смотрим друг другу в глаза. Муж смаргивает первым и возвращается к дороге.
– Это ты сажаешь... – Раньше я не позволяла себе произносить таких жутких вещей. Вообще старалась не очень много думать о том, чем занимается Айдар. Я не потянула бы такую ответственность. Не знаю, как тянет он.
– Вот именно. Участвуя в распоряжении чужими жизнями, нужно быть готовым к тому, что кто-то точно так же распорядится твоей.
Я ловлю себя на том, что совсем не готова к разговору, который формально сама же и начала. Хотела узнать о будущем, Айка? В итоге попробуй теперь не думай о том, в каком мире вы с мужем живете.
Помимо собственной воли начинаю хандрить. Снова пересаживаюсь, тряхнув головой. Смотрю в лобовое.
Хмурюсь, веду взмокшими ладонями по ногам.
– Айка... – Даже на Айдара немного злюсь, но совести хватает не ляпнуть, что не хотела бы это знать и об этом думать. Он для меня раскрывается. Это моя вина, что я не готова к той взрослой жизни, которой живет он. Но должна. Иначе что я за жена?
Беру себя руки и поворачиваю голову.
