– Он сказал, все знают… А вдруг тебя подставят? – Она так искренне волнуется, что я просто не могу злиться. Улыбаюсь. Бодаю нос носом.
– У него-то откуда информация? По линии службы такси?
Не знаю, почему, но Айка реагирует бурно. Смеется. Обнимает меня крепко-крепко. И я ее тоже. Придерживаю за спину, перекатываемся.
Устал, блин. Договорим – пусть сама себя трахает. Я член предоставлю.
Айка упирается ладонями в мою грудь и садится на бедрах.
Охуенная поза. Она слишком красиво кончает, чтобы не любоваться.
А так – полный обзор."
"Жена взмахивает головой, перебрасывая волосы на одно плечо. Грудь открывает, талию.
От шеи еду взглядом ниже. Потом ладонью. Грудь взвешиваю, трогаю живот. Спускаюсь по лобку. Она ерзает и шире разводит ноги. Трогаю там, а смотрю в глаза.
– Я не взяточник, Айка. Это очень глупо, правда. – Ласкаю ее, она покачивается навстречу пальцам, о член трется, но на словах хмурится. Невозможно одновременно трахаться и разговаривать. Сложно это. Нужно прекращать.
– Со мной можно договориться, но не за деньги, а под обязательства.
– Какие?
– Айка… – Сдается. Падает на мою грудь, сама направляет в себя член.
Насаживается. Я тяну лицо ближе и ныряю языком в приоткрытый рот. Кладу руки на бедра. Задаю темп. Она подстраивается. Упирается в мои плечи и начинает постанывать. Падаю на подушку, Айка садится. Любуюсь.
Я почти ни о чем в этой жизни не жалею. Привык брать ответственность за последствия, но о том, что потащил ее на форум – очень.
Это были эмоции, которыми нельзя кичиться. Показал свое отношение, придурок. Обнажил слабое место.
Айка быстро учится всему. И в сексе тоже. А ещё у нее охуенная интуиция. Подсказывает, как сделать лучше.
Любуюсь прогибом, покачивающимися полушариями, которые Айка послушно мнет после приказа «потрогай себя», а еще волнообразными движениями бедер на бедрах.
Вечно могу смотреть. Сука, вечно.
Она как будто танцует. Губы кусает. Постанывает. Я тянусь навстречу рукой, она склоняется к ней и ластится кошкой.
Щеку глажу, большим пальцем веду по губам. Обхватывает. Втягивает. В ней везде тепло. Везде, блять.
А взгляд этот... Предохранители срывает.
Придерживаю за талию и снова подминаю. Впиваюсь в рот своим. С выпущенной адреналиновой злостью сжимаю грудь до очевидной боли.
Беру грубо и быстро. Наконец-то себя отпускаю.
Боготворю ее тело, честно, но иногда ебу, как дурной. И она разрешает. Сейчас тоже.
Ходим по краю.
