И опять целитель, Дарстен, Дениэль рядом…
Ферон сокрушался о потере ребенка, говорил, что ему жаль. Я кричала, что моя дочь жива, и опять проваливалась во тьму. Блуждала в бредовых видениях, возвращалась в сознание от жуткой боли, ломающей тело.
И опять по кругу: жар, бред, боль…
Я пришла в себя и некоторое время просто наслаждалась тем, что ничего не болит. Пошевелила рукой и тут же услышала:
– Слава Пресветлой! Вы очнулись.
Разлепив глаза, увидела сидящую рядом с кроватью Ириду.
– Пить… – В горле саднило.
– Да-да, сейчас. Целитель оставил восстанавливающий отвар, – засуетилась Ирида.
Губы скривились в улыбке. Ну просто дежавю, как мой первый день в этом мире, только комната другая. Я жадно выпила протянутый настой и спросила:
– Долго я болела?
– Три дня. Вчера вечером был переломный момент, и потом вы просто уснули. Его светлость с некромантом и целителем от вас не отходили. Только глубокой ночью ушли, убедившись, что вы в порядке. Как вы себя чувствуете?
– Нормально, – с удивлением признала я.
Беспокоила только слабость. Я пошевелила конечностями, но кроме странной легкости ничего не почувствовала. Во время приступов мне казалось, что все кости переломаны, а по факту тело цело. Да еще накатил волчий голод.
– Есть хочу.
– Сейчас бульон принесу. На кухне специально сварили, и овощи перетертые есть, – спохватилась Ирида и заспешила из комнаты.
Я подтянулась и села, облокотившись на подушки. Провела по голове рукой, обнаружив, что волосы собраны лентой в хвост.
Отдернув край одеяла, посмотрела на себя. Белая ночная рубашка. А перед глазами в воспоминаниях были пятна крови. И руки в крови. Бред? А еще помнила слова про яд кайори. Это получается, что Дарстена отравить хотели?
Нет, я знала, что пьянство вредно, но чтобы смертельно… Не реши я напиться, то имела бы все шансы стать вдовой?
Шаги со стороны смежной комнаты заставили быстро натянуть на себя одеяло.
– Анника! Пришла в себя, – с облегчением произнес Дарстен.
Супруг был в одной рубашке и брюках. Волосы еще влажные.
– Это вас хотели отравить? – с места в карьер спросила я. – Я приняла удар на себя?
– Да. Вряд ли кто-то предполагал, что моя жена потянется к моим запасам.
Вот за что мне это?! Мало я из-за него вытерпела? В чем я нагрешила так в прошлой жизни, что все на меня?
– И кто это?
– Я выясню.
– Что, даже предположений никаких? У вас не кабинет, а проходной двор?
Дарстен молчал.
