Понимала, что он еще имеет в виду и наше сближение после отравления, но пусть думает что хочет. Мне это было не надо, я помощи могла у него попросить и упирая на то, что он мне должен. – Не я затеяла игры и идиотские проверки. Знай, что беременна, никогда бы не потянулась к спиртному! Мне есть ради чего жить и к чему стремиться. Дениэль держал мою душу и знает, что я рвусь обратно. Это дало мне возможность обратиться к нему за помощью.
– Это так? – спросил Дарстен у некроманта.
– Да. Но я ответил, что нужно вначале восстановить здоровье, чтобы сильная аура тела притянула к себе настоящую душу, когда будем возвращать Аню домой.
– Ты сможешь это сделать?
– С твоей помощью – да.
– Дениэль, оставь нас. Я хочу поговорить с женой наедине, – после недолгого молчания произнес Максимилиан.
– Выпью чего-нибудь в гостиной, – сообщил некромант, нехотя поднимаясь.
Он ушел, а между нами повисла тишина.
– Ты поможешь мне? – первой не выдержала я.
– Зачем мне возвращать вздорную девчонку, от которой неизвестно чего ожидать?
– Эм-м… – Я даже растерялась в первое мгновение.
– Затем, что она настоящая Анника Розердоф и здесь ее место.
– Хм, а может, это рука судьбы? И высшие силы решили вас поменять…
– Я сомневаюсь, что высшие силы решили разлучить меня с дочерью.
– У тебя есть дочь?
– Да. Ей девять лет. И муж. Максимилиан, мне тридцать четыре года, и я хочу вернуть свою жизнь обратно.
– У него есть титул? Вы богаты?
– У нас вообще нет титулов. У него свое дело, у меня тоже. Там другой уровень жизни.
Но дело даже не в этом.
– Любишь мужа? – криво усмехнулся он.
– Люблю дочь.
– Ее можно попробовать перенести сюда.
– К кому? К девочке восемнадцати лет, и убеждать, что она ее мама? Лишить ее привычной жизни, образования, папы, бабушки и дедушки? И кем она здесь будет, когда вырастет? Собственностью мужа, который будет указывать, как ей жить? У нас все не так. Мужчины и женщины равны в правах, равноправные партнеры."
"– Я рад, что ты понимаешь, что твоей дочери будет лучше в твоем мире.
– Что ты этим хочешь сказать? – тут же насторожилась я.
– Что у тебя еще будут другие дети. У нас будут дети.
– Ты сошел с ума?! – воскликнула я. Как-то себе иначе представляла наш разговор…
– Почему же? – В отличие от взволнованной меня Максимилиан был совершенно спокоен. – Уверен, что мы можем быть счастливы вместе.
Усилием воли я взяла себя в руки, понимая, что даже если закачу истерику, это не поможет. Слишком многое решалось сейчас.
– За тобой долг жизни.
