– Откуда вы знаете?
– Считал поверхностные воспоминания, когда держал ее душу.
– Почему вас не видят?
– Отвожу глаза. Кстати, сюда опять идут, – произнес он и отошел к стене.
Вошла медсестра. Пришлось вытерпеть уколы, испытывая чувство стыда перед некромантом за голую задницу. Ничего не могла поделать со смущением. Любой женщине неприятно валяться перед привлекательным мужчиной в таком неприглядном виде. Первое впечатление, как-никак…
Но это не самая важная проблема.
– У меня платная палата? – спросила я медсестру.
– Да.
– Ко мне часто приходили?
– Я не знаю, – замялась медсестра. – Я же не каждый день дежурю.
Да ладно! А то они не обсуждают пациентов. Ее реакция меня напрягла.
– Хорошо, в вашу смену как давно кто-то был?
– Пару месяцев назад приходили пожилая женщина и девочка.
Т-а-а-к, над моей постелью точно не дежурили, проливая слезы. Но хоть лежу не в общей палате, Глеб расщедрился.
– Простите, вы можете дать мне телефон позвонить?
– Вам нельзя волноваться. Набирайтесь сил.
– Пожалуйста! – Я схватила ее за руку. – Очень хочется голос дочери услышать.
Под моим умоляющим взглядом девушка дрогнула и полезла в карман.
– Ладно, только недолго.
Я чуть поколебалась, какой номер набрать. Стоит ли сразу говорить с Машей? Ведь это будет шок… Решила позвонить на домашний стационарный.
Сердце зашлось от волнения, пока слушала гудки.
– Да? – ответил молодой женский голос.
Я чуть замешкалась, решив, что не туда попала.
– А Машу можно?
– Она у бабушки.
– А Глеба Сергеевича? – на всякий случай официально произнесла я, чтобы не вызывать подозрения у этой курицы.
– Глеб, тебя! Наверное, из школы…
И я услышала голос мужа:
– Алло?
– Глеб, привет, – севшим голосом произнесла я, осознавая, что в нашей квартире какая-то баба, а ребенок у бабушки.
– Аня?!
– Где Маша?
– У мамы. Она с ней живет. Мы перевели ее в новую школу, – слегка виновато произнес он.
«А с кем живешь ты?» – едва не сорвалось с языка, но я сдержалась.
– Принеси мне вещи, контактные линзы, косметику и телефон.
Я хочу поговорить с дочерью, – сказала ему и нажала на отбой. Сил разговаривать не было. – Спасибо вам, – натянуто улыбнулась медсестре, хотя на душе кошки скребли.
Недолгий разговор отобрал последние силы. Просить разрешения сделать еще один звонок я не стала. Номер свекрови помнила, но не могла пока говорить с ней, в горле стоял ком. Мне нужно было осмыслить перемены.
То, что муж сплавил ребенка свекрови, не сильно удивило.
