Замуж за 30 дней

Все еще не веря, что так остро смогла почувствовать, я бросилась к этой самой скорой, крича и размахивая руками.

Но не успела. Вырулив в противоположную от меня сторону, помогая себе мигалками, машина влилась в широкий транспортный поток, и через секунду уже пропала из виду, пропускаемая другими машинами.

В растерянности я остановилась посреди подъездного пути. Может ошиблось мое шестое чувство, и Пол все еще лежит в отдельной палате на шестом этаже?

– С дороги уйди, дура! – крикнули мне со стороны двора больницы.

Она же «сука без тормозов», она же «растянутая хирургами алчная тварь, перетрахавшая пол-Сиэтла». Она же Лесли. Бывшая, но все еще вполне законная жена моя любимого.

Громкий, настойчивый гудок вывел меня из ступора.

Я поняла, что смотрю на соперницу добрых полминуты, а она на меня – изучая, сощурив глаза. Внезапно, будто решившись, Лесли открыла дверцу и вышла из машины.

Одета она была в легкий, черный плащ и выглядела, как самая обыкновенная, пусть и очень ухоженная женщина – даже довольно милая.

– Здравствуй, – сказала эта милая женщина. По-английски, естественно.

– Здравствуй… – ответила я.

– Ты встречаешься с моим мужем? – спросила она и улыбнулась – просто само благодушие.

Проглотив слюну, я тупо кивнула, не понимая, почему она вцепляется мне в волосы.

– Тогда садись в машину. Подпишешь кое-что, и я тут же улечу. Одна.

– Не буду я ничего подписывать… – я испуганно отступила на шаг назад.

Лесли улыбнулась еще шире.

– Я знала, что ты так ответишь. Тогда пока, приятно было познакомиться.

– Стой! – я схватила ее за рука плаща. – Куда ты его увозишь?

– Как куда? – она делано удивилась. – Домой, конечно! Не в вашей же помойке ему умирать…

Я вдруг почувствовала, что теряю голос, и просипела, инстинктивно поднимая руку к горлу.

– Он не умирает… у него всего лишь… болевой шок…

Будто кто-то другой глянул на меня из глубины ее светлых, все еще приветливых глаз. Острый и холодный, металлом сверкнувший в полуденных лучах солнца.

– Это тебе ваши неучи-доктора так сказали, девочка? Ну так я тебе другое скажу… – она отбросила мою руку и крепко сжала мое плечо своей. – Твой «папик», считай, что уже умер… – вдруг приблизившись, она прошипела прямо мне в лицо.