Замуж за 30 дней

Бывший фсбэшник мог, конечно же, воспользоваться ситуацией и собрать на него, пьяного, компромат… Тем более что «бывших» фсбэшников не бывает. Но ему было все равно – ни одно ФСБ не переплюнет Лесли с ее шпионами, сыщиками и адвокатами. Даже если сильно захочет.

– Постараюсь, сэр, – ответила Марис и отключилась.

Не дожидаясь собутыльника, Пол подошел к стойке с коктейлями и налил себе водки. Поморщившись, выпил залпом, занюхав, по новоприобретенной привычке, собственным кулаком.

Осторожный стук в дверь помешал ему насладиться острыми ощущениями от неразбавленного, крепкого алкоголя без закуски.

Он с удивлением обернулся. Быстро, однако. Небось нутром чует намечающуюся пьянку, старый черт.

– Войдите, – приказал он.

Но дверь не открылась. Нахмурившись, все еще держа в руке выпивку, Пол подошел. Резко дернул дверь на себя.

И замер, задохнувшись и чуть не выронив из вспотевших пальцев стакан.

Мне повезло. Или не повезло. Как бы то ни было, как раз в тот момент, когда я, прижимая к себе пакет с «Лабутенами», шагнула в приемную финансовой группы «Глобал Маркетс ЛТД», строго вида секретарша с аккуратной, высоко подобранной прической, отвернувшись от входа, выговаривала кому-то по телефону – совершенно потеряв бдительность.

Не теряя ни секунды, я прошмыгнула в боковой коридор. Предполагаемого мистического «чутья» не понадобилось – где находится кабинет главы фирмы стало совершенно ясно по прибитой к двери, еще из приемной хорошо видной дощечке на двери его кабинета – Paul R.

Каблуки я в этот раз не надела и ступала почти бесшумно. Остановившись перед дверью, несколько раз вдохнула и выдохнула, пытаясь собраться с мыслями.

Что сказать, когда откроет? Если. Если откроет.

«Подавись своими Лабутенами!», «Ненавижу!», «Привет и пока!»

Варианты приветствия – один дебильнее другого – пестрили в голове будто рекламные ролики. Чувствуя, что сейчас передумаю, я резко подняла руку и постучала.

Сердце забилось так сильно, что заглушило стук.

Прижав коробку к груди, я зажмурилась.

Господи, пусть там никого не будет, пусть я успею уйти отсюда…

Дверь распахнулась, и мне пришлось открыть глаза.

На пороге стоял он. Небритый, в расстегнутой чуть ли ни на половину рубашке, с пустым стаканом в руке. Осунувшийся, похудевший и постаревший – совсем не такой, каким запомнился мне. Пахнущий алкоголем.

– Вера… – сказал Пол – медленно, изумленно… поморщился и помотал головой, будто не верил своим глазам.