Замуж за незнакомца

Есть лишь пелена перед глазами, мутная, похожая на воды гнилого болота, и злость.

– Не-е-ет, – Рустам пытается перевернуться на бок, но Игорь добавляет ему синяков и гематом на рёбрах. Алиев кашляет, а чёрные волосы липнут к потному лбу, глаза закрывают. – Это вы с Архиповым мудаки. Тинка моя должна была быть! И бабки Архипова – мои. Отец к Егорычу ходил, сватал Тину, но старый хрыч не дал. Сволочь! Несправедливо, блять! Тебе и так всё достаётся, дерьма ты кусок.

Он выплёвывает слова, задыхаясь, держится за живот, пытается отползти подальше.

– Я всё равно всё заберу у тебя, Раевский. Обломаю твои зубы, мразь.

Из уголка его губ стекает струйка кровь, Рустам растирает её по подбородку, окрашивает алым. Он даже не закрывается.

– Мои люди выследили твою жену, – добивает, рождая новую вспышку ярости. – Её на круг пустят, утырок ты.

– Кир, – орёт Игорь, мой личный цербер и здравый смысл.

– Врёшь, сука, – захлёбываюсь чем-то похожим на животный ужас.

– Самый умный? – Рустам бросает попытки подняться, глаза закрывает, но нести чушь не перестаёт, превращая меня в чудовище.

 – Хрена тебе, Раевский! Меня всё равно отпустят, а ты будешь жить с мыслью, что твою хорошенькую жёнушку выебут и выбросят. О-о-о, у моих парней богатая фантазия. Разогретую девчонку, для меня прожарят.

Меня отбрасывает назад. Заваливаюсь на бок, Игорь подхватывает под мышки, утаскивает подальше от греха и от Алиева. Демон он, урод.

Рустам валяется на спине, громко смеясь, а по улице уже едут машины с мигалками.

Скоро мой двор заполнят толпы народу в погонах и белых халатах.

Начнётся пиздец, но плевать.

Я даже не хочу считать, сколько людей сегодня полегло с обеих сторон. Только моих больше десятка, Рустамовых никто не считал. Меня вырубает – слишком больно. Адреналин стихает, приходит боль, и её так много, что не могу справиться.

В голове пульсирует, её раскалывает на части, череп трещит, но от слов Рустама ещё хуже. Как это?..

– Игорь, её не могли найти! Не могли! Я её спрятал…

– Держись, Кир, – глухой голос Игоря – единственная соломинка, за которую ещё пытаюсь удержаться, но получается всё хуже.

Темнота вышибает дух, кромешная и холодная, следом яркая вспышка света. Меня куда-то везут, на поворотах трясёт. С трудом размыкаю тяжёлые веки, вижу светлый потолок – карета скорой помощи. Вокруг люди, чужие руки, запах, гомон голосов.

Я не хочу чувствовать боль. Дайте мне грёбаную таблетку! Помогите уснуть! Но ни один из уколов не способен меня вырубить.