Замуж за варвара, или Монашка на выданье

Только вот спустя годы его стали задевать возобновившиеся разговоры и насмешки при дворе его величества. А виной тому была подросшая Габи, похожая на родного отца как две капли воды.

И Вильям стал искать «дочери» достойную партию. Как можно дальше от дома. Габриэлле едва исполнилось семнадцать, когда отчим вызвал ее к себе и сообщил «радостное» известие: сам правитель Кенарии, Бьерн Тэкати Эссшат, посватался к девушке в мужья. И не просто обручиться решил, нет. Зачем время тянуть? Он уже приехал и готов к обряду.

Дальше была спонтанная свадьба, скорые проводы и упоение победой. Правда, недолгое. Узнав о выходке Вильяма Эйдинбергского, король отослал того в бесовы дали – в далекую Хастарию – с дипломатической миссией. На пять лет.

Вернулся Вильям уже без жены, она погибла от южной лихорадки. Сам он стал гораздо более замкнутым и серьезным, нежели прежде, и, к удивлению короля Ригула, решил продолжить дипломатическую службу.

Что касается Габриэллы – она уехала с Бьерном в его северные владения.

На все предложения короля Ригула о возвращении девушки в семью варвар ответил отказом и даже пригрозил войной. На том от него и отстали, решив, что дикарь проникся красотой и умом жены и потому не хочет с ней расставаться.

К сожалению, все было иначе.

Я всегда знал, что мама не любила отца. Ненавидела. И у нее были на то причины.

Приехав в Кенарию, она какое-то время надеялась на короля. Тот закидывал Бьерна маг-письмами с предложениями одно выгоднее другого, лишь бы вернуть внучку домой.

Но варвар был непреклонен. Больше того, отказал ей в просьбе отложить исполнение супружеского долга и овладел женой в первую же ночь после обряда.

Бьерн пугал ее своим невежеством, силой, нетерпимостью, а она, в свою очередь, раздражала его утонченностью манер, привычкой насмешничать и слабостью. То, что в Ригуле называли женственностью, грацией и красотой, в Кенарии презирали, считая новоявленную жену Бьерна едва ли не больной от рождения.

Слишком худая, слишком бледная, слишком вспыльчивая… Все в ней было для них слишком.

Но было и что-то еще. То, о чем Габриэлла узнала не сразу, но почувствовала с первых дней своего появления. Позже она поняла – это был призрак первой хозяйки замка. Первой жены Бьерна. Его единственной любимой.

Не настоящий призрак, разумеется, но воспоминания о ней занимали настолько много места в сердцах и умах обитателей замка, что у Габи просто не оставалось ни одного шанса на счастье.