— Думаю, Блэкмир решил, что настало время остепениться, обзавестись семьей, потому что чуть позднее явился в эту крепость, убил построившего ее барона, захватил его земли и завладел его вдовой.
Кэтрин в ужасе округлила глаза:
— Бедная леди.
Лео пожал плечами:"
"— Должно быть, Томас не остался равнодушен к прелестям этой дамы, поскольку впоследствии женился на ней. Она родила ему шестерых детей.
— Так они мирно состарились вместе?
Лео покачал головой, неспешно приближаясь к Кэтрин:
— Томас вернулся во Францию и пал в битве при Кастийоне[5].
Впрочем, французы поступили благородно, воздвигнув ему памятник на поле боя.
— Не думаю, что он заслужил подобный знак уважения.
— Не будьте слишком суровы к бедняге, он жил по законам своего времени.
— Он был варваром, — возмущенно возразила Кэтрин. — И время тут ни при чем. — Легкий ветерок взметнул золотистую прядь ее волос, собранных в тугой узел, и отбросил на щеку.
Не в силах устоять перед искушением, Лео протянул руку и заправил локон ей за ухо.
Ее кожа была нежной и гладкой, как у ребенка.
— Большинство мужчин — варвары, — пожал плечами Лео. — Просто теперь появилось больше правил, которым приходится подчиняться. — Сняв шляпу, он положил ее на стену и посмотрел на запрокинутое лицо Кэтрин. — Вы можете повязать мужчине галстук, научить его хорошим манерам и заставить блистать в обществе, но едва ли хоть один из нас по-настоящему цивилизован.
— Насколько я знаю мужчин, вы правы, — согласилась Кэтрин.
Лео смерил ее насмешливым взглядом:
— А что вам известно о мужчинах?
Лицо Кэтрин помрачнело, серые глаза сделались зелеными, как морская пучина.
— Я знаю, что им нельзя доверять.
— Я бы сказал то же самое о женщинах. — Лео сбросил сюртук, оставив его лежать на стене, и направился к холму, возвышавшемуся посреди развалин. Обходя руины, он невольно думал о том, что на этом самом месте стоял когда-то Томас Блэкмир, оглядывая свои владения. И вот, по прошествии многих веков, земля перешла к Лео. Теперь он как полноправный хозяин мог перекроить здесь все по своему желанию.
Он волен был творить и разрушать.
— И какой оттуда открывается вид? — донесся снизу голос Кэтрин.
— Изумительный. Поднимайтесь, и сами увидите, если хотите.
Кэтрин положила альбом с карандашами на край стены и, приподняв юбки, начала взбираться на холм.
Взгляд Лео задержался на ее изящной, стройной фигуре. «Маркс крупно повезло, что времена Средневековья давно прошли, — усмехнулся он про себя.
