Немного погодя Амелия заглянула в дверь спальни:
— В ране много щепок?
— Вовсе нет, monisha, — отозвался Кэм. — Могло быть много хуже, но… — Он замолчал, раздался приглушенный крик Лео. — Простите, phral. Меррипен, возьмите пинцет и… да-да, вот здесь."
"Белая как мел Амелия повернулась к Кэтрин, и в следующий миг случилось невероятное: потянувшись к компаньонке, она сжала ее в объятиях, как обняла бы Уин, Поппи или Беатрикс. Мисс Маркс ошеломленно застыла, не от гадливости, а от неловкости.
— Я так рада, что вы не пострадали, Кэтрин, — прошептала Амелия.
— Спасибо, что позаботились о лорде Рамзи. — Кэтрин коротко кивнула. Отстранившись, Амелия ласково ей улыбнулась: — С ним все будет хорошо, вот увидите. Он живучий как кошка.
— Хотелось бы верить, — осторожно обронила Кэтрин. — Надеюсь, проклятие Рамзи тут ни при чем.
— Я не верю в проклятия, заклинания и прочие глупости. Если над моим братом и довлеет заклятие, так только то, что он сам на себя наложил.
— Вы хотите сказать… он горюет по Лауре Диллард?
Голубые глаза Амелии изумленно округлились.
— Лео говорил о ней с вами?
Кэтрин кивнула.
Амелия явно растерялась. Взяв Кэтрин под руку, она повела ее в глубь коридора, где никто не мог бы их услышать.
— Что он рассказал?
— Что мисс Диллард любила писать акварелью, — нерешительно ответила Кэтрин. — Что они были помолвлены, а потом Лаура заболела скарлатиной и умерла у него на руках. А еще… что призрак невесты являлся ему. Не в воображении, на самом деле.
Но ведь это не может быть правдой… да?
Добрых полминуты Амелия молчала.
— Думаю, это возможно, — с поразительной невозмутимостью подтвердила она. — Хотя я ни за что не призналась бы в этом прилюдно — меня сочли бы сумасшедшей. — Амелия криво усмехнулась. — Впрочем, вы Достаточно долго прожили с нами, чтобы убедиться: Хатауэи действительно семейка помешанных. — Амелия снова умолкла и задумчиво проговорила: — Кэтрин.
— Да?
— Мой брат никогда ни с кем не говорил о Лауре Диллард. Никогда.
Кэтрин растерянно моргнула.
— Его терзала боль. Он потерял много крови.
— Не думаю, что он поэтому разоткровенничался с вами.
— Тогда почему же? — с трудом выдавила из себя Кэтрин.
Она боялась услышать ответ, лицо выдавало ее страх. Амелия смерила ее пристальным взглядом и с печальной улыбкой пожала плечами.
— Я и так сказала слишком много. Простите меня. Просто я горячо желаю счастья моему брату. — После короткой паузы она добавила: — И вам тоже.
