Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Слишком часто он бесстыдно загребал жар чужими руками, слишком холоден, жесток и безразличен. И это называется «беспристрастность»? Тогда самые беспристрастные существа на нашей земле — убийцы и палачи! Им тоже все равно, что будет с какими-то жалкими людишками. И то… палачи у нас профессия наследственная, а вот с такой холодной бездушной жестокостью, как у Форсета, надо родиться.

Так вот, Форсет, бог справедливости, выслушал просьбу Иалоны, подслеповато поводя лупатыми глазками, посверкал лысиной и повернулся ко мне:

— А ты зачем пришел, Черный Властелин, любимчик Рицесиуса?

Служа в армии Дорсета, я с самого начала научился трем базовым вещам: спать или не спать подолгу, спокойно общаться с идиотами и пить любое количество спиртного, не пьянея.

Я ответил с поклоном:

— Прошу от своего имени и от здесь присутствующих передать привет Илоне. Надеюсь, ей хорошо, и она загорела возле бассейна…

Деррик улыбнулся, Иалона удивилась незнакомому слову, русалка растерялась, а Денис нервно хохотнул.

— Нам в связи с атакой чуждых этому миру существ срочно необходима поддержка Илоны. Без божественной помощи и присутствия, боюсь, нам не справиться.

Деррик истово закивал и приложил руку к сердцу.

Посмотрел на него, призывая взглядом к спокойствию, и продолжил:

— Даже если мы соберем и вооружим всех крестьян и работников, ремесленников и мастеровых, купцов, приказчиков и подмастерьев — даже тогда нам не хватит количества бойцов, чтобы одолеть прожорливую зубастую свору, которая уничтожила всю дичь возле Салема и уже вычистила домашний скот во всех приграничных деревушках.

Королева достала кружевной платочек из-за корсажа и красноречиво вытерла глаза, показывая степень своей скорби. Это она о дичи печется или ей люди тоже интересны?

— Еще немного — и они станут жрать людей! — с упором на «люди» закончил я. — Просим, найди Илону, помоги и подскажи ей, как управляться с жезлом!

Форсет криво ухмыльнулся (не могу передать, как меня это обеспокоило — не меньше, чем нашествие!) и, пожевав губу и подергав себя за ухо, степенно развернул повествование:

— Бассейн давно построен, и все боги им весьма довольны.

Я подался вперед, еле удержавшись от радостного возгласа.