Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Видимо, моя трагическая физиономия так сильно давила на жалость, что все же додавила больную мозоль одного наглого аморального типа.

Тип глубоко вздохнул и произнес:

— Обещаю — после отпуска ты вернешься к мужу, и я вас больше не потревожу. А ты, в свою очередь, без меня делай все, что хочешь. Но! — бронированный палец снова взмыл вверх в уже надоевшем жесте (во мне немедленно зашевелилась вредная сторона натуры и посоветовала его на фиг сломать), — без фанатизма и в пределах разумного!

Немножко воспрянув духом, я скромненько поинтересовалась:

— Интересно знать, и где заканчиваются эти самые большие пределы?.

В ответ мне развели руками (снова метнув несчастный меч в пол наподобие Артурова клинка. Клинок благополучно застрял) и нагло заявили:

— Не знаю, но надеюсь на твое благоразумие! Действуй в соответствии с обстоятельствами!

А? Чего?! Что значит — обстоятельствами? Это понимать: «Действуй-злодействуй»?

Ну как можно надеяться на то, чего в природе нет? Вывел, понимаешь, нового зверя — «Илонино благоразумие»! Три ха-ха! Он бы еще совесть во мне отрыл! Ага! И немедленно закопал обратно, ибо оная давно сдохла и превратилась в скелет.

— Хорошо! — вынужденно согласилась я, прекрасно понимая, что спорить можно до бесконечности.

Но бесполезные дебаты ничего по большому счету не изменят, а только затянут время. Которого у меня мало. Там внизу Кондрад с ума сходит (я надеюсь!), а дома семья беснуется! Папа наверняка уже крестовый поход собирает.

— Вот и чудненько! — обрадовался Рицесиус и развил бурную деятельность.

Для начала он занырнул ко мне под юбку. Это я вначале так подумала… и сразу отшила наглого мужика, таки осуществив свое заветное желание и со всей дури наподдав ему каблуком по «кастрюле».

Отзвенев останками давно погибших извилин и помотав головой, бог укоризненно сказал:

— Мне под трон нужно залезть, а ты лягаешься!

— Предупреждать надо! — Совесть у меня не проснулась ни в одном глазу.

Да эта лентяйка даже в левой пятке не поскреблась! Зато опять активировалась вредная сторона натуры и стала подзуживать втихомолку повторить подвиг и побить в колокола каблуками.

Решив не доводить ситуацию до критической, я быстренько договорилась с пакостницей — торжественно пообещала предоставить ей полный простор боговредительских действий, но в другое время и поджала ноги:

— Спасибо! — преждевременно порадовался моей уступчивости местный царь и полез под трон.

Покопавшись там немного, достал чемодан и ширму.