– Тебе нужно поздороваться ещё с одним человеком, – отвечаю ему ласково, поглаживаю по плечам.
Отстраняюсь и оборачиваюсь. Возле двери в гостиную стоит Демьян. Тоже побледневший, руки сжаты в кулаки.
– Здравствуй, Ник, – произносит негромко.
– Идите в кабинет, – я опять поворачиваюсь к Никите, который внимательно смотрит на бывшего друга. – Поговорите наедине.
Оставляю их вдвоём, а сама иду на кухню. Напряжённо прислушиваюсь, но не слышу ни криков, ни даже разговора на повышенных тонах. Спустя четверть часа Герман приводит набегавшегося Костю, и я устраиваю его за столом, чтобы покормить.
Ребёнок болтает без умолку, пока справляется с домашней лапшой.
– Тётя Аня, а ты живёшь вместе с папой Никитой? – спрашивает меня.
– Да, – киваю, надеясь, что других вопросов на эту тему не последует.
– А папа Демьян живёт только со мной, – мальчик задумывается. – Он так вкусно не умеет суп варить. А ты с нами не можешь пожить?
– Нет, дорогой, – мне смешно, но я старательно сдерживаюсь. – Думаю, папа Никита не согласится.
Слышу, как фыркает Герман, сидящий возле окна.
– Тогда нам с папой Демьяном нужна своя тётя, – делает неожиданный вывод Костя."
"– Кто нам нужен? – зашедший на кухню Демьян смотрит на сына ошарашенно, а Никита, войдя следом, хмыкает и хлопает его по плечу.
– Устами младенца… Придётся тебе искать «тётю», – отходит ко мне, обнимает со спины, аккуратно кладёт руки на намечающийся живот.
Разворачиваюсь, смотрю на него и расслабляюсь, видя лёгкую улыбку на любимом лице.
– Всё в порядке? – спрашиваю тихо, кошусь на Демьяна, который сел рядом с сыном и помогает ему собрать ложкой остатки супа.
– Да, Аннушка, – он целует меня в кончик носа. – Помочь тебе с ужином? Думаю, все проголодались.
Чуть позже Костя засыпает прямо на руках у Никиты, где сидел почти весь вечер. Я уговариваю Демьяна не валять дурака и не ехать в гостиницу. Комнат в доме хватает, хоть мебели пока и маловато, поэтому просто стелю им в одной свободной, где есть кровать и небольшой диван.
В нашей спальне Никита хватает меня в охапку и заваливается вместе со мной на постель.
Целует, но я уворачиваюсь. Мне любопытно.
– Рассказывай, – устраиваюсь на нём поудобнее. – Как вы поговорили? Понимаю, что всё нормально, но как он объяснил то, что произошло?
– Обязательно об этом сейчас говорить? – Никита откидывается на спину.
– Пытать буду! – угрожаю ему.
– Если так, как в прошлый раз, я бы не отказался, – улыбается мне с намёком, но когда я хмурюсь, вздыхает.
