– Да, конечно, – разворачиваюсь на выход и закатываю глаза. И как мне могло прийти в голову, что что-то поменялось?
* * *
Ближе к вечеру я звоню Герману Эдуардовичу. С тех пор как мужчину выписали, мы созванивались уже несколько раз – сначала я переживала, как он себя чувствует, а потом поняла, что мне просто не хочется прекращать наше общение. Герман всегда спрашивает, как у меня дела, искренне интересуется, если я рассказываю ему что-то, что происходило на работе, а я с удовольствием слушаю его истории.
– Аннушка, дорогая моя, рад вас слышать! – он бодро отвечает на звонок, и я невольно расплываюсь в улыбке.
– А я рада слышать вас, Герман Эдуардович! – тепло отвечаю ему. – Судя по голосу, вы себя хорошо чувствуете? Как у вас дела?"
"– Дорогая моя, у меня всё, как всегда, – хмыкает старик, – и в моём возрасте это лучшая новость за весь день.
– Ни за что не поверю, что вы сегодня не делали что-нибудь интересное, – тяну многозначительно.
– Ну что ж, дайте подумать, – Герман держит мхатовскую паузу.
– Например, заканчивал копировать Врубеля?
– Ох, боже мой, Герман Эдуардович! Я уже мечтаю это увидеть! – я улыбаюсь, мужчина и в самом деле говорил мне, что последний месяц работает над «Царевной-Лебедь».
– Зачем вам смотреть на посредственную копию, Аннушка? Мы же с вами давно собирались в музей!
– Ну конечно, – чуть не подпрыгиваю, – сейчас ведь как раз идёт выставка! И я ещё не была!
– Это удручает, – Герман тихо смеётся, – но я буду счастлив составить вам компанию.
– Ни с кем другим я бы ни за что не пошла, – говорю ему ласково.
– Давайте я куплю билеты? Как насчёт середины следующей недели? У меня там как раз выходной! Вам будет удобно?
– Дорогая моя, а какие у меня ещё могут быть планы? Я буду ждать с нетерпением.
– И я тоже! Позвоню вам попозже, и тогда договоримся!
Мы заканчиваем разговор. Мне так хорошо и тепло внутри, что, оглядевшись по сторонам, я решаю побыть немного довольной маленькой девочкой, и прыгаю на одной ножке до поворота.
Где и врезаюсь в заведующего отделением.
Не слишком ли часто в последнее время я оказываюсь в его объятиях?
Мужчина ловит меня и смотрит подозрительно.
– У вас всё в порядке?
– Да, прошу прощения, – я немного запыхалась после прыжков, – просто потеряла равновесие.
Добрынин медленно, словно нехотя, отпускает меня, и я тут же делаю пару шагов назад.
– Я пойду, – то ли спрашиваю, то ли утверждаю, сама не уверена до конца.
– Куда?
– Эм, туда, – машу рукой вперёд.
