Ладно, не будем о птичках, лучше продолжим драть… то есть расчесывать волосы. Медленно, осторожно и долго. Очень долго.
В общем, когда я закончила, небо уже начало окрашиваться в приятный розовый оттенок. Но зато я себя смогла привести в порядок и даже довольно мило стала выглядеть.
Да и девушек стало изрядно меньше: видимо, многие уже прошли испытание. Они небольшими группками уходили через один из арочных проемов, но вот назад не возвращались. Зато периодически над головой проносился то один дракон, то целая их группа.
И если в первые разы я невольно вздрагивала и во все глаза смотрела на огромных мифических существ, то после десятого… ну, хорошо – двадцатого дракона практически не обращала на них внимания. Что поделать, если они тут в порядке вещей и летают стайками, как наши гуси-лебеди? Хорошо хоть не косяками.
Закончив приводить себя в человеческий вид, я решила осмотреться более внимательно. Девушек стало гораздо меньше, но оставшиеся были какими-то нервными. Это они еще в наших очередях не стояли.
И пробках.
Хм, интересно, а у них тут пробки бывают? В небе. Из драконов? А может, вообще авиалинии имеются со своим расписанием полетов? Просто если они вдруг разом «вспорхнут»… Хотела бы я на это посмотреть.
Когда я закончила приводить себя в порядок, на горизонте показался тот самый юноша, у которого я просила воды и позвать лекаря. В руках он нес поднос с графином, какими-то лоскутами и баночкой. Правда, шел один, что немного огорчило. Ну неужели очередная полуобморочная девица перехватила доктора? Не удивлюсь.
Когда парнишка практически подошел ко мне, то как-то неестественно споткнулся, словно на несколько мгновений невысоко от земли взлетел, а затем упал, выронив все, что держал в руках. С керамической баночкой почти ничего не случилось, если не считать трещины и наполовину разлитого светло-василькового содержимого, а вот вода разлилась полностью.
Эх, обидно.
Неподалеку стояли девушки, хихикающие над этой картиной. Заразы. Наверняка это их рук дело, я уже убедилась, что магия в этом мире есть.
А это не очень-то хорошо, ведь у меня таковой нету, и я определенно буду им всем проигрывать.
Несмотря на боль в ноге, я подскочила и помогла ему подняться. Парень удивился, вновь покраснел, но помог мне допрыгать обратно до скамейки. Начал извиняться за свою «неуклюжесть», правда, изредка и воровато посматривая на тех самых девушек, и пообещал, что непременно принесет еще воды. Собрал остатки васильковой мази и совсем сник.
