– Госпожа, осторожнее, – всполошилась Марьям. – Это опасный зверь, дикий, он может вас укусить."
"– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – ответила я, осторожно поглаживая зверька по мордочке. – Он маленький и к тому же напуган, а ты своими воплями пугаешь его еще больше.
Девушка обиженно притихла, но продолжала настороженно смотреть с подоконника на малыша. Однако кое в чем она оказалась права. Котенок (или как их тут называют) принюхался к моей руке, лизнул и сделал маленький, но торжественный «кусь», обхватив руку всеми четырьмя лапками.
Зашипев, я подхватила его на руки и постаралась аккуратно отцепить от себя. Получилось. Правда, не с первого раза и с небольшими потерями в виде неглубоких укусов. А затем котенок вцепился коготками в мою сорочку и заверещал на всю комнату, расправив красивые кожистые крылышки, где совсем немного проглядывали перья.
Кто же ты такой?
Марьям наконец спустилась со своего высокого убежища и воинственно нацелилась отцепить малыша. Да еще и с таким видом, что точно бы отправила его за пределы дома.
– Спокойно, – остановила я девушку еще на подходе. – Не думаю, что малыш представляет опасность.
– Госпожа, вы не понимаете. Это же манур – дикий лесной зверь. Они не живут в домах и очень опасны! И как только пробрался во дворец? Они давно уже не водятся в лесах Арума.
– Глупости это все, – отмахнулась я от девушки, прижав котенка или, скорее, мануренка к себе поближе. – Он маленький и просто голодный. Лучше сбегай на кухню и принеси… чего-нибудь.
Ты знаешь, чем они питаются?
– Госпожа… – умоляюще начала Марьям, но под моим строгим взглядом сдалась. – Конечно, знаю, они питаются свежим мясом.
– Значит, принеси мяса, – сказала я уверенно и погладила притихшего мануренка. – И молока, если оно у вас имеется.
Ну а что? Наши котята любят молоко, вдруг и этому тоже понравится?
Девушка долго возмущалась, говорила, что не оставит меня наедине с грозным монстром, но все же сдалась и со словами «Позову кого-нибудь» выбежала из комнаты.
Правда, пообещала принести поесть этому самому зверю.
– И что мне с тобой делать? – обратилась я к котенку, все еще висевшему у меня на сорочке. Он, понятное дело, не ответил, но ловко спрыгнул и начал бродить по комнате, принюхиваясь к каждой вещи. Я же прошла к столу, где меня дожидался завтрак, решив, что теперь этот звереныш из комнаты никуда не денется. А заодно принялась рассматривать принесенные блюда, большинство из которых были мне незнакомы.
