Но разве могу я отказаться, когда Аристарх Валерьевич смотрит с такой заботой?
–Давайте попробуем! – уверенно сказала я.
Декан вздохнул, прикрыл глаза и кивнул.
– А теперь отправляйся спать. И попутно ничего не уничтожь. Пожалуйста.
– Ну-у, это как получится, – улыбаюсь в ответ.
Поднялась со стула, подошла к Синеглазке, встала на носочки и поцеловала в щеку. Уголки его губ дрогнули. Совсем замученным выглядит. Надеюсь, это не из-за меня. Я ведь в последнее время тихонечко себя вела.
До комнаты добралась без происшествий.
Помылась и улеглась спать.
Утро началось со стука в дверь. По классике. Если мне хоть раз дадут выспаться – это будет удивительным происшествием.
Приоткрыла глаз и прокляла долбящего по двери Митюху. Даже страшно представить, по какому поводу в этот раз он решил посетить мою скромную, многострадальную обитель.
Поднялась с кровати и побрела к двери. Друг, как всегда, стоял с широкой улыбкой. По которой так и хотелось зарядить. Взяли моду являться ни свет ни заря счастливыми.
Я утро люблю только ближе к обеду. В других ситуациях – готова всех кромсать.
– Митюха, ты чего в такую рань припёрся? – хриплым спросонья голосом спросила я.
– Сонька, у меня радость!
– И ты решил поделиться ей в восемь утра?
Товарищ совершенно не обращал внимания на мой настрой. Пододвинул меня, что для него, конечно, плёвое дело, и прошёл в комнату.
– Меня в команду взяли!
– Нарушителей утреннего сна? – уточнила зевая.
– Нет, конечно. Игр академии!
– Митюх, это был сарказм, – выдавила со вздохом, – Поздравляю тебя, конечно.
Но не от всей души. Приди ты хотя бы часов в двенадцать – и радость была бы искренней. Я бы даже тебя в ресторан сводила.
Друг почесал затылок и взглянул на часы.
– Ну, я тебя просто вчера не нашёл. Так бы раньше поделился. А ты ночью где была?
– Спала, – прищурилась я.
– Или на свидании была? – улыбнулся друг.
И отступил от греха подальше.
– Угу, с Синеглазкой, – пробормотала в ответ, усаживаясь на кровать.
Митюхе, естественно, присесть не предложила.
Потому что незваный гость, хуже протейца. Особенно если он припёрся в восемь утра.
А друг неожиданно рассмеялся. Я даже на стену взглянула, как бы в месте нашего ремонта не осыпалась штукатурка от этого баса.
– Ну, ты как что скажешь, – утирал друг выступившие слёзы, – Ты и Синеглазка. Ха-ха. Это как Славка и Николаша. Что-то невозможное.
Я же задумчиво накрутила на палец прядь. Ну как сказать. А ведь это мысль.
