– Это как-то… внезапно все! И почему ты мне предложил, а не Маше? Она ж уже второй год доучивается, и сама могла бы…
- Маша – это Маша, - жестко перебил меня мужчина, недовольно нахмурившись. – Ей я и не планировал ничего предлагать."
"Вообще, как по секрету мне рассказала одна медсестра, Мария Сергеевна, едва появившись в отделении, сделала стойку на Шиловского. Дежурить она хотела только с ним, оперировать тоже только с ним, и вела себя порой, словно мартовская кошка. Но отчего-то все ее попытки свести с ума красавчика не увенчались успехом – он не только не клюнул, но и, похоже, избегал настырную девицу.
Когда мы с Гришей стали дежурить тоже, я понять не могла, отчего она так фыркает при виде расписания, а в нем редкие выходы в ночь Алексея целиком и полностью оказались заняты Плотниковым – Шиловский, несмотря на свою половую распущенность, хирургом был прекрасным, и учителем толковым, позволяя ординаторам действовать самостоятельно, а в сложных случаях направляя и помогая.
- В общем, Лера, - привлек мое внимание Алексей, - мне надо ехать на работу, а ты подумай хорошо.
Перспективы отличные. Абы кому я такое предлагать не стану, ты меня устраиваешь. Поговори с Львовичем, он не обидится. Февраль доработаешь в реанимации, тут как раз две недели, и в марте уже спокойно выйдешь в клинику.
Поняв, что разговор закончен, я собралась выходить и уже развернулась к двери, как внезапно меня обхватили руками и дохнули жарко в шею:
- Не отказывайся!
Так и не поняв, про что именно это было – про работу или про секс, я выскользнула с красным лицом на улицу и задохнулась от морозного воздуха.
Уже открывая подъездную дверь, оглянулась – Шиловский наблюдал за мной сквозь приоткрытое окно, выпуская клуб сигаретного дыма изо рта.
Хорош, чертяка!
Качнув головой, взлетела на свой этаж, а затем принялась скакать по квартире, как ненормальная, ощущая какую-то детскую радость и небывалый энтузиазм. Даже портрет мужа, обычно вгонявший меня в тоску, в этот раз оказался просто молчаливым собеседником, выслушавшим все мои мысли и согласившимся со всеми.
Конечно, я оценила перспективы, которые мне предлагал Шиловский – работа в крутой клинике, зарплата выше средней, ну и никаких дежурств, кроме тех, что положены в ординатуре. Плюс ко всему, в реанимации я простая медсестра, а здесь буду врачом, ассистирующим на операциях. Может, когда-то и самой доверят делать. Как отказаться-то? Конечно, я пойду! Единственное, что пугало меня, это реакция тела на Алексея.
