Из знакомых я заметила разве что нашего декана, о чем-то разговаривавшего с Беатрис Корсон и двумя мужчинами военной наружности.
Еще был Рантар Хардегарт, в одиночестве стоявший чуть поодаль.
Он смотрел вглубь зала. Но стоило нам появиться, как капитан, повернув голову, уставился на меня. Я тоже на него посмотрела, почему-то сразу же забыв, зачем сюда пришла и куда мне нужно идти.
– Марша, не отставай! – раздался голос Брун, и я, очнувшись, потопала за ней следом.
Решила, что с этим всем нужно что-то делать – и с собой, и с капитаном Хардегартом.
Например, собраться с мыслями, подойти и спросить у него, к чему эти его цветы. Был ли это дружеский жест с его стороны, или же ему стало меня жаль, потому что Матиас рассказал ему всю мою историю, не став ничего скрывать от брата?
– Моя дочь Марша, – неожиданно произнес Винсент, и я подняла глаза, уставившись на молодого темноволосого мужчину в черном камзоле.
И тут же мысленно охнула, неуклюже попытавшись изобразить поклон – эту науку Хейди тоже вбивала нам с Брун в головы.
Потому что перед нами стоял принц Густав, будущий король Вестии, обладатель, по слухам, золотого дракона, большой редкости в Альянсе. А еще лакомая добыча для всех Всадниц, до сих пор не успевших призвать своих дракониц.
Но я-то знала, что стать парой для наследного принца Вестии – это как… Как выиграть в денежную лотерею, призы в которой давно уже распределены между своими!
Взглянула на Густава Вестийского украдкой – ясное дело, пялиться на принца неприлично.
Это был высокий, уверенный в себе мужчина лет двадцати пяти-двадцати шести с резкими, но в то же время приятными чертами лица.
Правда, он показался мне чуть менее тренированным, чем Рантар Хардегарт, не столь волевым в движениях и жестах. К тому же его вежливая улыбка не произвела на меня такого же сокрушительного впечатления, как близость к братьям Хардегартам.
Да и принц, если честно, мною не заинтересовался.
Поздоровавшись, Густав вежливо поздравил отца со столь радостным событием, как обретение наследницы, затем с куда большим энтузиазмом поклонился Хейди.
Брун тоже удостоилась его мимолетного внимания, после чего я поняла, что мы с ней можем быть свободны.
Обязательная программа вечера – представление одному из королевской семьи – была выполнена, и отец отпустил нас в вольное плаванье.
Брун тут же негромко заявила, что нам стоит проследить за Вьерсонами.
