– Погодите, у нас ведь есть метка Облака! – сказала им. – Нужно попробовать призвать декана!
– Это как?! – удивился Арвид. – Призвать так же, как мы вызываем драконов?! Но это не сработает, он же не дракон!
– Матиас Хардегарт сказал мне, что метка Драконьего Призыва, пока она на нашей руке, обладает какой-то специфической магией. Я до конца не разобралась, но мне кажется, что до тех пор, пока она у нас на руке, мы каким-то образом связаны с Академией и с ним. Быть может, он нас услышит?
Брун кивнула.
– У меня тоже осталась метка, – произнесла она.
После чего добавила, что, скорее всего, ничего не выйдет, потому что о таком раньше она никогда не слышала. Но попробовать не мешает.
Поэтому мы попробовали.
На секунду я опустила руки – потому что огненные шары продолжали хаотически крутиться, и я видела, как их мелькание отражалось в глазах ближайшего ко мне дракона, – после чего прижала указательный палец к метке на запястье.
Закрыла глаза, подумав о Матиасе…
Да, я всеми силами думала о Матиаса Хардегарте, но вместо этого в голове передо мной почему-то появился образ дракона, подсвеченный огненными сполохами моей магии, да так ярко, что я не смогла разглядеть его цвет.
Но старательно отогнала его образ, мысленно обращаясь к декану.
– Я тоже пробую, – неожиданно услышала голос Хейди. – Пробую и пробую, но у меня ничего не выходит!
– Тогда пробуй еще! – заявила ей Брун.
Пока они пытались призвать декана, я открыла глаза и продолжила развлекать драконов. Затем снова их закрыла, так как магический резерв отчетливо шел к концу.
Шары с моих ладоней слетали совсем уж вяленькие, после чего тут же пытались упасть на землю и издохнуть в огненных муках.
Вся надежда оставалась лишь на то, что нам удастся позвать на помощь, потому что в драконов рыжих братьев Вьерсонов я нисколько не верила. Как и в то, что наконец-таки откроется этот чертов телепорт!..
Вместо этого рисовала в голове образ Матиаса Хардегарта, раз за разом умоляя его о помощи.
Внезапно почувствовала отклик.
Он был слабым, но при этом я прекрасно его уловила. Чужеродный и холодный – нечеловеческий! – но заинтересованный и недоумевающий.
Кто-то в моей голове отчетливо спрашивал, кто я такая и почему посмела потревожить его сон. Причем потревожить насколько, что ему уже не успокоиться.
Или же это была… она?
Я так и не смогла понять, потому что именно в этот момент наш мысленный контакт прервался, а где-то сбоку распахнулось синее кольцо магического перехода.
