К сожалению, ко многим из них мало боеприпасов, но подготовка к налаживанию их производства ведётся полным ходом. Верно я говорю, товарищи Устиновы?
Лейтенант Алексей Вавилов, 30 июня 1941 г., 10:00, Кубинка
По гарнизонным городкам Дретуньского полигона словно саранча прошла. Уже через день после начала войны началась поголовная эвакуация всего гражданского населения, перенёсшегося вместе с нами из 1981 года. Никаких аргументов сотрудники НКВД не признавали. Всем детям, старикам, женщинам было назначено время сбора, после чего их вывозили автотранспортом на ближайшую к конкретному городку станцию.
С собой разрешалось брать только самые необходимые вещи и лекарства. Любая техника, будь то электроника, бытовая техника, машины и мотоциклы, оставлялись на месте под расписку энкавэдэшников.
Народ, конечно, возмущался. Особо бойкие женщины даже кричали о грабеже, но чекисты терпеливо объясняли, что на основании этих расписок на новом месте жительства людям будет выделены аналогичные изделия местных производителей, если такие существуют, или выплачена компенсация.
За исключением радиоприёмников, которые по принятому немедленно закону подлежали обязательной сдаче органам власти.
А потом и началось опустошение квартир и гаражей, из которых выгребалось буквально всё, представляющее хоть малейшую техническую ценность. Для этого задействовали даже солдат нашего полка, который почему-то не трогали и не готовили к отправке на фронт.
Впрочем, не «почему-то», а конкретно из-за того, что он оказался самым насыщенным «партизанами», которых чекисты, совместно с полковыми кадровиками, тщательно «просеивали» на предмет владения дефицитными специальностями.
К примеру, попортивший мне так много крови рядовой Зинович оказался ценным ремонтником электродвигателей."
"Он меня вообще поразил, когда принялся возмущаться тем, что его собираются отправить не на передовую, а в тыл. Этот раздолбай и хронический нарушитель дисциплины, представьте себе, рвался воевать с фашистами, поминая погибших на фронте и в партизанах родственников и грозясь отомстить за их гибель фрицам.
— А из меня собираются сделать какую-то тыловую крысу⁈
Пришлось напоминать, что он теперь солдат, и потому обязан исполнять приказы командования. Тем более, решение по нему принималось в штабе полка.
— Думаешь, я не хочу на фронт? А вместо этого мне приходится заниматься чем угодно, кроме боевой подготовки и участия в боевых действиях.
