Приближение к Москве, как и в наше время, почувствовалось увеличившимся количеством стрелок и расходящихся железнодорожных путей. Но только в саму столицу наш эшелон не пустили, направив к нужному месту чуть в стороне от неё. И, наконец, утром мимо нашего вагона с настежь открытыми дверями под всё замедляющееся «чух-чухх-чуххх» проползло станционное здание с табличкой «Кубинка». Ого! На главный бронетанковый полигон привезли!
Я угадал. После построения прямо у вагонов прозвучал приказ разгружаться. Маета ещё та, но радовало, что наконец-то закончилось вагонное сидение, единственным развлечением в течение которого было изучение действующих Уставов РККА.
В общем-то, имевших некоторые отличия от наших. Например, на приветствие командира следует отвечать не «здравия желаем товарищ полковник», а кратким «здрась».
Но это освоили достаточно быстро. Куда хуже было с зубрёжкой соответствия геометрических фигур в петлицах со званиями. И если с командирами НКВД, милиции и Госбезопасности требовалось просто «уменьшить» звание на два ранга, то даже для меня все эти воентехники, военфельдшера, военинтенданты и комиссары заставляли кипеть мозги.
Не говоря уже о сержантском и солдатском составе. Пардон, о красноармейцах.
И помчались новоявленные красноармейцы расчехлять технику, снимать крепёжные тросы, подключать аккумуляторы. В общем, готовиться к переводу техники из железнодорожного положения в нормальное, «сухопутное».
Прода от 10.02.23
Лейтенант Сергей Крапивин, 30 июня 1941 г., 15:00, Дотишки
Два дня непрерывных боёв просто вымотали меня до состояния выжатого лимона.
Казалось бы, просто пехотная дивизия. Даже не моторизованная. Но при примерно одинаковой численности личного состава с «нашей» очень большая разница в артиллерийской поддержке. Из Полоцка, где базировалась 17-я стрелковая дивизия, которую мы сейчас поддерживаем, так и не успел подойти 390-й гаубичный артиллерийский полк. А это значит, у нас вообще нет гаубиц, калибром 122 и 152 мм. Только трёхдюймовки: 16 дивизионных пушек и 18 «полковушек».
Было. К моменту, когда на нас вышли передовые части 5-й немецкой пехотной дивизии, у которой по штату 36 105-мм и 12 150-мм гаубиц. К этому следует добавить 18 «полковушек» калибром 75 мм и 6 тяжёлых полковых орудий калибром 150 мм. 34 пушки калибром 76,2 мм против 72 немецких стволов.
Немецкое тяжёлое полковое 15-см орудие
Следует сказать, что немецкие артиллеристы владеют своими «инструментами» куда лучше, чем красноармейцы.
