То, что успели отправить по железной дороге, может быть, ещё и вернётся к нам после ремонта, но взорванное нами же из-за критичных повреждений утрачено безвозвратно. Хоть ремонтники даже из безнадёжно искалеченных боевых машин старались выдрать агрегаты и вооружение, которые ещё можно пустить на запчасти.
Им только волю дай! Они же уже прибегали к командиру полка с идеей переделки Т-26 и «бэтэшек» в зенитные эрзац-САУ на основе ЗУ-23–2. Да кто же им позволит ещё боеспособные, хоть и лёгкие, танки курочить? Но одну брошенную на дороге машину с развороченной снарядом башней и повреждённой 45-мм пушкой в свои загребущие руки всё же получили, и, надо же, поискрив электросваркой, превратили Т-26 в самоходную зенитную установку.
Уже здесь, в Воложине, пока штаб полка выяснял нашу дальнейшую судьбу."
"Пока они выгавкивали у командования 3-й армии боеприпасы к «Гвоздикам», присвоенным нами буксируемым орудиям и пулемётам, командиры разных уровней, от отделения до роты, учили подобранных в пути красноармейцев пользоваться нашим оружием и правильно действовать в составе десанта.
А вы как думали? Автоматы Калашникова в случае потерь личного состава собираем всегда и передаём пополнению, вроде вчерашнего, или уже выглядящих матёрыми бойцами ополченцев из Гродно. А тем, кому не хватило, «главчекист» сумел выбить пистолеты-пулемёты Дегтярёва: с длиннющими «трёхлинейками» ни в БТР, ни в БМП даже не залезешь. Хуже того! Оказывается, из «мосинки» запрещено стрелять без примкнутого штыка.
Да это же, получается, не нормальное оружие пехотинца, а какое-то… стреляющее копьё! Из ППД, конечно, тоже не очень постреляешь через лючки-бойницы нашей бронетехники, но с этими автоматами хоть внутрь влезть можно. Те же, кому не хватило даже ППД, будут ездить на грузовиках.
Вторая часть суеты в этот предоставленный нам день отдыха касался выдачи бойцам полка красноармейских книжек. Рядовой и сержантский состав ими не успели полностью обеспечить перед выездом под Гродно, а потом выдавали по мере наличия бланков.
Штабные писари ругаются, что у них скоро закончатся стержни в шариковых ручках, а заменить их нечем. Это я ещё успел в начальных классах сельской школы застать время, когда все писали пером, макаемым в чернильницу, а молодёжь уже выросла, когда таких не осталось. Так что придётся «крапивному семени», как когда-то называли чиновников, заново учиться писать.
Вот такой своеобразный день отдыха получился.
