Обхода с востока нам пока опасаться не следует, поскольку южнее её подпирает 161-я стрелковая, но теперь натиск 36-й пехотной дивизии на Глубокое может усилиться ещё и подразделениями 121-й пехотной, шедшей на Шарковщину с запада и теперь повернувшей на юг.
От «родного» 38-го корпуса мы уже оторвались километров на восемьдесят, и нас, по слухам, вроде бы, передали в подчинение 11-й армии, которой поручена оборона в районе Полоцка. А заодно придали бригаде статус «отдельная». Точно не скажу: из штаба бригады мне об этих пертурбациях ещё не доложили.
Шутка.
Не доложили, но приказ передали: в полдень начинаем перебазирование в район населённого пункта Глубокое. Позиции западнее Мяделя оставляем одному из сводных полков, а сами уходим сначала на восток к Докщицам, а от них движемся на Глубокое."
"С тех пор, как я оказался в 1941 году, марши вызывают у меня душевный трепет. А всё из-за того, что у меня нет уверенности в том, что старая (не устаревшая, а именно старая по возрасту) техника дойдёт до точки назначения.
Ведь ту САУ, у которой на предыдущем марше полетел фрикцион, нам так и пришлось бросить. Техники, конечно, молодцы: два дня трудились, чтобы ободрать вставшую намертво боевую машину на запчасти, топливо слили досуха, боезапас выгребли подчистую. А потом ещё и гранату в ствол орудия забросили, чтобы немцам не досталось. Но подобные небоевые потери лично для меня — нож в сердце. Неужели недолгое пребывание в должности зампотеха свой отпечаток наложило?
С топливом и боеприпасами, кстати, скоро начнутся проблемы.
Мы в Вилейке, конечно, пополнили запас топлива на местной нефтебазе, но ведь и запас хода у моих ИСУ-152 всего-то триста вёрст. По шоссе. Только дорогу до Мяделя никак не назовёшь словом «шоссе». Хотя, конечно, и не назовёшь пересечённой местностью. Но расход солярки всё равно больше, чем в идеальных условиях. А теперь ещё такая же «дорога» к Докщицам. В общем, если бы при ТО снова баки «под завязку» не залили, то приползли бы к Глубокому на последних каплях.
Задал вопрос об этой проблеме командиру полка, и то меня успокоил:
— Полковник Мотовилов в курсе. Какие-то запасы топлива есть в Глубоком и в пятнадцати километрах от него на узловой станции Крулевщина. Иначе бы не было смысла затевать этот контрудар, для которого нас перебрасывают.
Контрудар, значит… Улучив свободную минутку, раскрыл карту и поднапряг мозги.
