Что мне теперь делать? Это же шанс…или…
Глава 8
В субботу вечером Ромку наконец-то выписывают из больницы. Выглядит он, конечно, устрашающе, но я рада, что теперь буду не одна. За эти годы я так привыкла, что он рядом. Веду себя как наседка.
– Ты тут без меня вообще не ела, что ли? – брат хлопает дверцей холодильника и опускается на стоящий рядом стул с банкой вишневого йогурта в руках.
– Ну так, набегами, – щелкаю кнопкой на чайнике, и тот начинает тихо шуметь. – Как ты? Синяки вон пожелтели уже.
– Лучше всех.
Не бери в голову, – Ромка отправляет в рот еще одну ложку и внимательно на меня смотрит.
– Что?
– Серьезно? У тебя тут апокалипсис происходит, а ты спокойная как танк.
– А смысл рыпаться?
– И чью сторону занимаем? – братец вытягивает шею и резко морщится, все еще больно. Бедный мой."
"– Не знаю. Я не доверяю Вите, но и Клим… Он как бы тоже не самый надежный элемент в этой цепочке.
– Когда банкет?
– Через три часа.
– И ты еще не на макияже?
– Девочка должна вот-вот приехать, – опускаю взгляд и пристально смотрю на свои пушистые тапки.
На кой черт я их купила? Розовое уродство.
– И все же я считаю, что нам стоит держаться поближе к Вяземскому. Если ты ему расскажешь про Витькины планы… думаю, заработаешь доверие.
– Будто бы я об этом не думала, – вновь смотрю на брата. Он сидит в расслабленной позе, темные волосы взъерошены, а черные глаза поблескивают каким-то азартным предвкушением.
– Давай я ему скажу. Ну типа сама ты к нему идти боишься.
– Обалдел? Дома сиди, скажет он.
– Ой, Лу, мне не десять, – закатывает глаза и даже хочет пожестикулировать, только вот облом. Боль ползет по его лицу гримасой.
– Но и для семнадцати умишка маловато. Это надо было так вляпаться с этой наркотой.
– У меня перед глазами всегда был достойный пример, – брат ухмыляется, а я закатываю глаза. Юмор у Ромы своеобразный, но бьет точно в цель.
Тут он прав, нормального примера перед глазами у него и правда не было. Я вечно варилась в каких-то мутных делишках.
Помогала Вите. Последние четыре года только помогала, желание спать с ним отпало, а он не из тех, кто будет брать силой. Если после аборта, вереницы обещаний, псевдопомощи с адским моральным давлением я еще верила в его слова и надеялась на счастливое будущее, будучи полной закомплексованной дурой, то тогда, четыре года назад, все кардинально изменилось. Он окончательно перешел черту в своих играх. Отправил к какому-то партнеру, я должна была передать документы.
