Он дергает подол моего платья, и разрез мгновенно ползет выше. Нитки трещат по швам. Я охаю на выдохе, Клим же останавливает раскрытую ладонь на моем голом бедре. У него горячие руки.
– Для правдоподобности бурной ночи, – проводит пальцами по моей «гусиной коже». Спускается к лодыжке, а потом убирает руки, – останешься сегодня здесь. Если все действительно так, как ты говоришь, за тобой следят.
Вяземский отстраняется, поднимается с кресла и достает телефон.
– Душ там, – кивает на дверь за моей спиной и выходит на балкон.
Глава 11
Все это происходит за какие-то секунды. Вот он так близко, а теперь снова далеко. Чертовы контрасты.
– Хорошо, – тру затекшую шею и поднимаюсь с диванчика.
Очень долго стою под прохладной водой. Включаю верхний распылитель и упираюсь лбом в стеклянную дверцу кабинки. Все это странно. Зачем я рискую? Не думаю, что в случае опасности Клим меня защитит, я для него такой же расходный материал, как и для Мельникова. Правда, в глубине души трепещет надежда, что это не так.
Глупый внутренний голос умоляет сделать все правильно. Хоть раз в жизни поступить по совести – по совести, которой у меня почти не осталось.
Выключаю воду и заворачиваюсь в длинный махровый халат. Он кремовый, приятный цвету глаз. Всовываю ноги в мягкие тапочки и выхожу в приглушенно освещенную комнату. Номер полулюкс. С гостиной и спальней. Кровать одна. Вторая комната только с диваном. Причем довольно неудобным для сна. Стягиваю с влажных волос полотенце и кидаю его на спинку кресла.
Вяземский все еще на балконе, поэтому я пользуюсь моментом и забираюсь под одеяло, потуже завязывая поясок халата.
Отворачиваюсь в противоположную от окон сторону и закрываю глаза. В комнате темно и тихо. Я слышу тиканье часов, громкий ход стрелки меня раздражает. Когда балконная дверь хлопает, настораживаюсь. Тело напрягается, наливается страхом и предчувствием опасности.
Клим ложится на другую сторону. Я отчетливо чувствую, как под его весом проминается матрац.
Еще минут десять я лежу словно на иголках, жду, когда он уснет, чтобы расслабиться.
Постоянно прислушиваюсь к дыханию и, когда оно становится размеренным и глубоким, переворачиваюсь на спину, приподымаясь на локти.
Только вот вместо того, чтобы увидеть его расслабленное сном лицо, я вижу темный, колючий взгляд.
Сглатываю, медленно опускаясь на кровать. Прилипаю спиной к простыне.
Все это слишком. За гранью. Мои расшатанные нервы на пике эмоционального фиаско. Я лезу туда, куда не следует.
