Западня

Он встал, отложив виски в сторону так стремительно, что он перелился через край бокала, и направился к ней, отчего-то, очень рассерженный.

— Чье это? — спросил Игорь Вадимович, грубо дернув воротник ее рубашки.

Эля опешила от такого поведения.

— Что Вы себе позволяете!

— Я спросил, ЧЬЯ. ЭТА. ТРЯПКА? — прорычал он, наклоняясь к ее лицу так близко, что она почувствовала его дыхание на своих губах.

Эля совершенно растерялась, а еще, ее начал захлестывать дикий ужас.

Что это случилось с ее вечно невозмутимым начальником? Или он пьян и это алкоголь так на него подействовал? А если он опасен в таком состоянии?

Девушка задрожала, панически соображая, что делать.

— Это м-моя рубашка, — тихо ответила она, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы не распалить его еще больше. — Осталась от моего бывшего…

Он впился глазами в ее лицо, будто пытаясь определить, не лжет ли она, а потом отошел на шаг и тихо прошипел:

— Снимай немедленно!

— Что!? — ужаснулась Эля.

 — З-зачем?

— Затем, что я не потерплю на тебе тряпки других мужиков!"

"Она застыла, даже не моргая, шокированная его словами и всей ситуацией в целом. Может, он под чем-то более сильным, чем виски? Наркотики? Потому что Игорь Вадимович явно не осознавал кто перед ним.

— Игорь Вадимович, Вы понимаете, кто я? — спросила она.

Он посмотрел на нее, как на сумасшедшую, хотя сам вел себя именно так.

— Ты смеешь мне перечить, Элина!? — неверящим тоном спросил он.

 — Что я тебе сказал? Снимай или я сам сорву ее с себя!

Эля не могла поверить, что действительно делает это, когда ее пальцы потянулись к пуговицам, медленно расстегивая их. Она ждала, что он вот-вот остановит ее, или вмешается какое-то божественное чудо, но начальник строго провожал взглядом каждое движение ее пальцев, пока она трепетала от страха и смущения. К счастью, под рубашкой на ней был прикрывающий все прелести, удобный спортивный лифчик.

Умоляюще глядя на него, в надежде на то, что он остановит этот фарс, она все же стянула рубашку с плеч и та упала у ее ног. Игорь Вадимович сразу же отвел глаза в сторону, даже не бросив ни единого взгляда на ее грудь. Резко отвернувшись, он исчез в коридоре и, пока Эля тихо офигевала от такого развития событий, вернулся с другой рубашкой — своей собственной.

— Прикройся, — велел он, кинув ее ей.