Запах соли, крики птиц

Мельберг просто не понимал, что с ним происходит. Уже сама мысль о том, чтобы отправиться поесть в столь дорогое место, была ему решительно непривычна, а в довершение всего еще и готовность заплатить за двоих — нет, на него это абсолютно не похоже. Однако его это на удивление мало волновало. По правде говоря, он с нетерпением ждал возможности угостить Роз-Мари шикарным ужином и, пока им будут приносить изысканные блюда, в свете свечей смотреть на ее лицо по другую сторону стола.

Мельберг растерянно замотал головой с такой силой, что прикрывавшая лысину прядь свалилась на ухо.

Он действительно не понимал, что с ним творится. Может, он заболел? Он снова закинул волосы на лысину и пощупал лоб — но нет, лоб холодный, и никаких признаков повышенной температуры. Но волнение не проходило — он просто-напросто чувствовал себя не в своей тарелке. Может, стоит немного поднять сахар?

Рука уже потянулась к лежавшему в нижнем ящике кокосовому печенью, когда Мельберг услышал стук в дверь и с раздражением произнес:

В кабинет вошел Патрик.

— Извини, я не помешал?

— Нет, — ответил Мельберг и вздохнул про себя, бросив последний жадный взгляд на нижний ящик. — Проходи.

Он подождал, пока Патрик сядет. При виде очень юного (в его глазах) комиссара Мельберг, как всегда, испытал смешанные чувства. Того, что Патрику на самом деле было уже под сорок, он предпочитал не замечать. К плюсам сотрудника относилось то, что он очень разумно действовал во время расследования выпавших на их долю в последние годы убийств.

Благодаря его блистательной работе о Мельберге довольно много писали в прессе. Однако у него имелись и минусы — Мельбергу вечно казалось, что Патрик поглядывает на него с чувством превосходства. Это никак особенно не проявлялось, тот вел себя почтительно, как и подобает подчиненному, но смутное ощущение не проходило. Впрочем, ладно, пока Хедстрём работает настолько хорошо, что Мельберг предстает в СМИ компетентным руководителем, он готов был закрывать на это глаза. Однако следовало не терять бдительности.

— Мы получили отчет о произошедшем в понедельник ДТП.

— И? — без всякого интереса спросил Мельберг. Автомобильные аварии относились к рутине.

— Ну… там, похоже, имеются кое-какие неясности.

— Неясности? — Тут уже у Мельберга проснулся интерес.

— Да, — ответил Патрик, глядя в бумаги, как и в кабинете Мартина. — У жертвы имеются отдельные повреждения, которые нельзя отнести на счет аварии. Кроме того, к моменту крушения Марит была уже мертва.