Запах соли, крики птиц

Потом ей не понравилось, что мы захотели сделать торжество довольно скромным и пригласить не более шестидесяти гостей, потому что тогда в нем не смогут участвовать тетя Агда, тетя Берта и тетя Рут, или как их там всех зовут. Причем заметь, это всё тетушки не Патрика, а самой Кристины. Патрик видел их раз в жизни, когда ему было лет пять.

Анна уже так хохотала, что ей пришлось схватиться за живот. Майя переводила взгляд с одной на другую с таким видом, будто пыталась понять, что же тут такого веселого. И наверняка действительно пыталась, но потом явно решила, что не так уж важно, почему они смеются, и просто присоединилась, залившись громким радостным хохотом.

— Это два пункта, а дальше? — едва выговорила Анна между приступами веселья.

— Потом она принялась обсуждать рассадку гостей и волноваться из-за того, насколько близко посадят Биттан: допускать ее до почетного стола, разумеется, ни в коем случае нельзя, и вообще, обязательно ли ее приглашать, ведь родителями Патрика все-таки являются Кристина и Ларс, и поэтому, раз уж список гостей будет так урезан, отдавать предпочтение случайным знакомым явно не следует.

Теперь Анна уже просто легла от смеха.

— А под случайной знакомой, стало быть, подразумевается женщина, с которой Ларс живет уже двадцать лет, — с трудом сумела выговорить она.

— Именно, — ответила Эрика, вытирая выступившие от смеха слезы. — Претензия номер четыре состояла в том, что я не хочу брать ее свадебное платье.

— А разве вы вообще когда-нибудь говорили о ее свадебном платье? — прервала ее Анна и изумленно посмотрела на сестру.

— Мы даже близко не касались ее платья в разговорах. Но я видела его на старой свадебной фотографии Кристины и Ларса, и, учитывая, что это типичный образец моды шестидесятых годов, из какого-то гипюра и едва прикрывает задницу, пожалуй, имелись причины предположить, что меня оно не слишком заинтересует. Не больше, чем Патрика воодушевит идея отрастить пышные бакенбарды и бороду, как у отца на той же фотографии.

— Она просто ненормальная, — заключила Анна, которая уже отсмеялась, и теперь ее лицо выражало в основном изумление.

— И наконец, номер пять, та-та-та-а-а, — Эрика сымитировала трубные звуки фанфар, — она потребовала, чтобы за программу развлечений отвечал ее племянник. То есть кузен Патрика.

— И? — спросила Анна. — Что ты имеешь против?

Эрика выдержала небольшую паузу.

— Ты шутишь, — произнесла Анна, похоже по-настоящему испугавшись. — Ты это серьезно? — Ее снова разобрал смех.