А из этих двоих только Берти является наследницей!
— Верно, — Лайонел с интересом взглянул на потенциальную тёщу — она на самом деле так наивна или слишком хочет верить, что он уже у неё на крючке? — Я больше не имею права ни у одного отца попросить разрешения на ухаживания за его дочерью. Но и только! А в конце Сезона назвать невестой могу любую девушку, не обязательно ту, за которой ухаживал три месяца.
— О, — графиня покраснела.
— Поэтому не советую торопить события или выдавать желаемое за уже свершённое. Итак, тера, бал близится к завершению, — принц нашёл глазами отца — тот как раз сделал музыкантам знак, и мелодия тут же стихла.
— Подождём, что объявит его величество, а потом я провожу моих избранниц к вашей карете.
Король затягивать с речью не стал.
Лотар Седьмой объявил, что с этого года те тьеры, которые посетили Первый бал, вне зависимости от того, помолвлены они или нет, обязаны присутствовать на всех мероприятиях Сезона. На всех — то есть на балах, приёмах, официальных прогулках. И отдельно подчеркнул, что единственной причиной, по которой тьера может отказаться от приглашения выбравшего её мужчины, является смерть или тяжёлая болезнь.
Причём, и первое и второе должен засвидетельствовать королевский целитель.
Лайонел мысленно хмыкнул — ловко отец избежал личного обращения к де Маритт! И просьбу сына выполнил, и ушёл от имён.
Сбоку от молодого мужчины послышался скрежет. Это графиня де Маритт так стиснула челюсти, что он всерьёз обеспокоился, что ей самой понадобится целитель. Вырастить новые зубы взамен раскрошившихся…
— Первый бал Сезона года Зимней Хризантемы объявляю закрытым! — громко произнёс король и подал руку королеве.
— Завтра в полдень приглашаю холостяков и незамужних девушек во дворец на обед. Только участвующие в Сезоне тьеры, без родителей и других родственников! Надеюсь, моё присутствие будет достаточной гарантией того, что с юными магинями ничего предосудительного не произойдёт.
После чего король с королевой покинули зал, и придворные тут же забурлили, переходя от группы к группе.
Обмениваясь мнениями, все так и норовили пройти мимо принца, жадно рассматривая его и выбранных наследником девиц.
Альбертина стояла, гордо вскинув голову, графиня же смотрела на публику с вызовом и оттенком пренебрежения.
Лайонел мысленно прицокнул — ну и курицы эти две — Берти и её мамаша! А вот Даниэль совсем другая!
Девушка внешне выглядела спокойной, но он заметил и крепко стиснувшие край платья пальцы, и чуть дёргающийся уголок рта.
