Испугавшись, что взбунтовавшаяся магия что-нибудь учудит, ведь браслет блокировал к ней доступ, Даниэль прикрыла глаза и начала про себя считать, делая глубокие вдохи.
В детстве ей это всегда помогало быстро успокоиться и унять силу.
— Дани, тебе плохо? Присядь вот сюда!
— Тьера Даниэль, дышите, дышите! Кто только придумал эти корсеты?!
«Я спокойна, я совершенно спокойна!»
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Наконец, перед глазами перестали плясать разноцветные мушки, и девушка смогла разглядеть встревоженные лица брата и сестры де Верлари.
Ну вот, опять привлекла всеобщее внимание! Добро бы чем хорошим, а то обмороком!
— Я накрыл нас пологом, — словно догадавшись, какие мысли бродят в голове Даниэль, объяснил Морис. — Не волнуйтесь, вас никто не успел заметить. Как вы?
— Спасибо, уже лучше.
— Рис, разве можно вот так вываливать новости? — упрекнула брата Сесилия. — На бедной Дани лица нет!
— На ней лица нет не из-за новостей, — мрачным голосом парировал граф, — а из-за почти пустого резерва.
— Как это случилось? — округлила глаза подруга. — Дани, ты что, с кем-то поделилась магией? Зачем?!
— Переволновалась и чтобы успокоиться… магичила всё утро, — изобразив кривую улыбку, повторила отговорку Даниэль.
— Ох, Дани, ты как маленькая! Разве можно расходовать всё, что имеешь? Матушка учит, что у женщины непременно должны быть неприкосновенные запасы — магии ли, золотых ли. Всего, что может быть полезным! А то вот так понадобится, а у тебя пусто! Больше никогда так не делай! — воскликнула Сесилия и замерла, прислушиваясь.
— Рис, убирай полог, мне кажется, что-то начинается!
— Посмотри, что там, хорошо? А я пока побуду с тьерой, — ответил Морис. — Пусть она ещё немного посидит.
Сесилия обогнула массивную колонну и исчезла, а её брат наклонился к Даниэль.
— Тьера, простите, я не хотел выглядеть в ваших глазах невежей. И конечно же, должен был сообщить о своём выборе иначе. Но Сиси так ловко меня развела, что я сам не заметил, как проговорился. Вы простите меня?
— Да.
Но мне кажется, что вы спешите. Я же…
— Второродная, я помню. Но вы мне нравитесь, Даниэль! Потом, у вас внушительный резерв, и я чувствую не меньшей силы родовой дар. Вы уверены, что родились после Альбертины?
— Конечно!
— Странно. Никогда не слышал, чтобы у детей из одной семьи магия и дар второродного ребёнка были сильнее, чем у первородного. Ладно, это только упрощает дело!
— Король! — Сесилия едва не пританцовывала от нетерпения.
