Но что если возраст значения не имеет, и преступивший закон маг должен понести наказание в любом случае? А тьер Морис законопослушный подданный его величества!
Отобрала чужой дар? Отвечай сполна…
Позор семье, позор Альбертине… Если узнают, что та почти лишена дара, да и с магией у сестры прохладные отношения, то об удачном замужестве для неё можно забыть. Как и о блестящей партии для Элиана.
Матушка проклянёт младшую дочь, а отец откажет ей от рода…
— Даниэль? — голос графа снова вернул её в реальность.
— Если не видите ограничитель, то откуда знаете, что он у меня есть? — Дани решила тянуть, сколько получится, в надежде, что там или ответы найдутся, или король появится, и Морису уже будет не до расспросов, а в идеале он и вовсе забудет про магию новой знакомой.
— Потому что я попытался передать вам немного своей силы, хотел поддержать ваш резерв, но ничего не вышло. Каналы явно заблокированы на поступления как наружу, так и извне. Вас наказали?
Дани судорожно вдохнула.
— Я не… Это матушка.
Она…
— Вам нечего стыдиться! — по-своему истолковал Морис её смущение и нерешительность. — Мне тоже пришлось носить ограничитель, пока я не научился стабильно управлять своей силой. Как в детстве надели, так до совершеннолетия снимали только на время занятий, иначе отец разорился бы, выплачивая компенсацию пострадавшим от моих всплесков. У меня он был в виде синей пуговицы. А у вас?
— За последние несколько дней я общалась со многими тьерами и терами, в том числе, с его величеством и его высочеством.
И никто из них ничего такого не заметил! А ведь они очень сильные маги! — задумчиво произнесла Даниэль, демонстрируя браслет. — Вот он. Почему вы смогли его увидеть, а другие нет?
— Потому что мало быть одарённым, надо одновременно со стихией владеть и целительской магией, — немного снисходительно ответил граф. — Смею предположить, что в королевстве я такой один! Красивый браслет! Уж точно симпатичнее синей пуговицы.
Даниэль улыбнулась, мысленно похвалив себя за сообразительность: и не обманула, и всей правды не рассказала.
Каким бы симпатичным граф не выглядел, а доверять вот так, сходу, она не должна. Они знакомы всего ничего, видятся всего второй раз!
Пока ей ни в чем нельзя признаваться, ведь она отдавала силу сестре добровольно, а вот сама забрала у Альбертины дар без её разрешения!"
"А на обвинения матушка всегда может сказать, что у младшей дочери нестабильная магия, сошлётся на принца, мол, он свидетель.
