Хотя в голове всё ещё происходило что-то непонятное…
В итоге я медленно поднялся и прислушался к своим ощущениям.
Меня шатнуло в разные стороны, но я быстро сосредоточился и заставил себя стоять ровно. Коленки слегка дрожали. А глаза всё так же продолжало обжигать. Но сейчас мне необходимо было сконцентрироваться на другом…
И поэтому я забыл о свете. Забыл о боли. Забыл о всём, что могло меня отвлечь.
Я держал в руке тот самый камень, который бросили вниз день назад, чтобы проверить, не забрала ли меня смерть.
Я прекрасно понимал, что у меня будет только один шанс.
Когда кузнец подойдёт поближе, чтобы вылить что-то из чана, я должен буду собрать всю свою силу, сконцентрировать её на этой руке и швырнуть камень так, как никогда в жизни.
А сил мне на это хватит. В этом я уверен. И сейчас я не буду сдерживаться. Ведь от этого зависит моя дальнейшая судьба. Только вот с меткостью у меня проблемы… И если я промахнусь… второго шанса у меня не будет.
Дело в том, что в решётках есть небольшие дыры, в одну из которых надо попасть.
Но метатель камней из меня никакой. Я всю жизнь тренировался с палкой. Только вот выбирать не приходится.
Мои глаза постоянно были закрыты, однако я чувствовал приближение кузнеца. Ощущал каждый его шаг, как что-то неотвратимое. И я абсолютно точно знал: никто ему не помешает.
Никто кроме меня самого…
— Ну что, сучонок… — начал хрипеть кузнец ещё на подходе, — сейчас ты познаешь истинную боль. А потом сдохнешь! — В его голосе мало было человеческого. Словно он просто обезумел и двигался сам по себе.
В какой-то момент я даже почувствовал, что воздух начал накаляться. Но было и ещё кое-что. Вместе с этим во мне начала распаляться злость. Ярость, которая обжигала грудь и придавала мне сил.
Кузнец подошёл совсем близко, и я увидел его силуэт и горящие безумием глаза. Он посмотрел на меня сверху, и на его лице появился дикий оскал. А сам он начал учащённо дышать.
Время для меня словно бы издевательски замедлилось, чтобы я мог по-настоящему отчаяться и прочувствовать страх приближающейся смерти.
— Сдохни! — прохрипел Гарольд и начал перехватывать увесистый сосуд, чтобы удобнее из него было выливать.
Я буквально на мгновение замер.
«Глупец. Думаешь, меня так просто сломить? — пронеслось в моей голове. А этот голос внутри почему-то подражал тому самому голосу из Бездны. — Думаешь, я поддамся отчаянию⁈»"
"Я сделал глубокий вдох. Почувствовал камень в своей руке. Твёрдый. Увесистый. А главное — настоящий.
