Ее возглавил ссыльнопоселенец Золотарев, человек удивительной воли, способный подчинять себе даже самых отъявленных злодеев. Беглые сахалинцы являлись боевым отрядом, а окрестные обыватели порочного поведения – пособниками, наводчиками и укрывателями. Благодаря помощи последних шайку долго не удавалось обезвредить. Золотарева постоянно сажали в тюрьму, открывали следствие, а потом его приходилось отпускать из-за отсутствия улик. Жители, не связанные с бандитами, боялись давать на них показания. Болтливых в Никольске-Уссурийском убивали.
И тогда местная полиция, отчаявшись изловить негодяев, провела уникальную операцию.
Рис. 43. Никольск-Уссурийск. Дореволюционная открытка.
Ее автором и организатором выступил не полицейский чин, а письмоводитель мирового судьи Вакуров. Он стал свидетелем того, как сыщики посадили в тюрьму парня по фамилии Пархоменко. Его обвинили в том, что он отравил собаку в доме, где проживал помощник прокурора Бако. Судейский причинил много хлопот золотаревцам, и его решили убить.
И, с целью подобраться к дому, отравили сторожевого пса. А сделал это по поручению бандитов якобы Пархоменко, служащий при доме сторожем. Имела место судебная ошибка. Молодого недотепу, крестьянина-сироту, посадили в тюрьму за то, чего он не совершал. Пархоменко угодил за решетку тогда, когда там в очередной раз оказался атаман разбойников. И Вакуров решил это использовать. Он завербовал юного арестанта ОТ СВОЕГО ИМЕНИ. А затем устроился в полицию околоточным надзирателем.
Пархоменко понравился Золотареву, и тот сказал: выйдешь из тюрьмы, возьму тебя к себе в прислуги. Так состоялось внедрение агента в неуловимую банду. Вакуров же решил пойти в полицию временно, с целью именно избавить город от негодяев. При этом он сильно потерял в жалованье, поскольку в полиции платили на 50 рублей меньше, чем у мирового судьи. Но умный и решительный человек решил довести дело до конца. Причем он утаил свой замысел от полицмейстера Никольска-Уссурийского, а поехал к губернатору Приморской области Колюбякину и рассказал все ему.
И получил одобрение и поддержку.
Пархоменко отсидел в тюрьме месяц ни за что, освободился и нанялся в дом к атаману. Околоточный, понимая, что жизнью агента рисковать нельзя, еще два месяца с ним не встречался. Наконец парень явился на квартиру к Вакурову и принес журнал наблюдений. Там было описано подслушанное и увиденное, а также указаны улики ряда преступлений, что хранились в доме Золотарева.
