Записки выдающегося двоечника

Елена Николаевна прищурилась и, как показалось Серёже, кивнула головой.

– Ах! – воскликнула Сереберцева и упала в обморок в объятия Мячикова.

– Герой! – восхищённо прошептала Чеснокова и упала в объятия Зубова.

– Сейчас зачирикает, – усмехнулся Кулаков и покрутил пальцем у виска.

– Ку-ка-ре-ку, – тихо произнёс Серёжа.

– Дневник! – обрадовалась Елена Николаевна и захлопала в ладоши. – Гаврилов, сейчас же дай мне дневник и без папы в школу не приходи!

– Но вы же сами! – удивился Серёжа.

– За папой! – кричала Елена Николаевна и указывала пальцем на дверь.

«Странно, – подумал Серёжа, – очень странно».

Но самое странное было то, что Елена Николаевна действительно, как и обещала, поставила Серёже пятёрку. Но рядом с пятёркой красной ручкой было написано: «Уважаемый Александр Петрович, срочно зайдите в школу. А если в школу вы прийти не можете, то я вас буду ждать завтра вечером с семи до двенадцати на станции метро “Динамо” в центре зала. Е.

– Ничего странного, – сказал после уроков мудрый Зубов, – вспомни, Гаврилов, в прошлый раз к приходу твоего папы Елена Николаевна сделала себе новую причёску и приклеила искусственные ресницы.

– Всё очень понятно, – вздохнула очнувшаяся Чеснокова и ласково посмотрела на Зубова.

– Это так романтично, – вздохнула очнувшаяся Сереберцева и ласково посмотрела на Мячикова.

– Пожалуй, – согласился Серёжа, и слабая надежда на пятёрку в четверти, а может быть, даже и в году, появилась у него внутри.

Однажды Серёжа решил угодить сразу двум учителям – по русскому языку и по пению.

В 8.27, с гитарой, он встал под окнами школы и запел упражнение № 43. Потом Серёжа спел: упражнения 44, 45, 46, изложение, диктант и наконец – сочинение на тему: «Образ двоечника в художественной литературе второй половины двадцатого века». Учителя выглядывали из окон и, кажется, были довольны.

Вдохновлённый тем, что на него не кричат, Серёжа спел английский алфавит.

И когда Серёжа спел всё, из школы вышли довольные учителя и поставили ему пятёрки. Кроме учителей по физкультуре и по труду, которые вышли очень недовольные и поставили двойки.

«Всем не угодишь», – подумал Серёжа.