Запятнанная корона

– Поверить не могу, что у тебя хватило наглости прийти сюда, – шипит она. – Если бы в жизни была хоть капля справедливости, тебя должно было поразить молнией, как только твоя нога опустилась на нашу подъездную дорожку!

– Да, ты права.

– Ты… что? – она изумленно умолкает.

– Ты права. Я не вправе ждать снисхождения ни от Сав, ни от тебя, ни от вашей семьи. Ты имеешь полное право ненавидеть меня хоть целую вечность.

– В чем подвох? Где же оправдания?

– У меня нет никаких оправданий. – Я развожу руками.

 – Ты говоришь правду.

Потрясенная, Шиа ничего не отвечает. Или от шока ей ничего не приходит в голову. Но, прежде чем она предпринимает очередную атаку, в кухню семьи Монтгомери влетает Саванна.

– Привет, Ши, папа сказал, ты… – она запинается, увидев меня. – Гид! Что ты здесь делаешь?

– Я сказала то же самое! – раздраженно говорит Шиа, встает из-за стола и обходит его, чтобы встать рядом со своей младшей сестрой.

– Я попросил Джули задержать тебя, чтобы приехать первым. – Затем с широкой улыбкой достаю конверт и протягиваю его ей.

Она смотрит на него с подозрением.

– Что это?

Шиа выхватывает конверт у меня из рук.

– Он хочет взять тебя в Швейцарию на весь июнь. – Шиа достает паспорт и машет им перед носом Сав.

Настороженное выражение лица Саванны изменяется на ошеломленное.

– Ты забираешь меня из страны?

– Только если ты хочешь уехать, – быстро говорю я. – Но я подумал, что лето перед поступлением в колледж должно стать незабываемым. Мы полетим туда на самолете Ройалов, пробудем пару недель в Альпах, а потом поедем в Венецию.

Я одолжил лодку у друга, и мы проведем остаток месяца в путешествии по Средиземному морю.

У Сав отвисает челюсть.

– Ты это серьезно?

– Да.

– Но почему?

– Мы как-то говорили о том, чтобы уехать, и я хочу дать тебе все то, что обещал, но так и не выполнил.

– А как насчет верности? – отрезает Шиа.

Сав бросает на сестру сердитый взгляд, но я киваю.

– Я клянусь, что буду хранить тебе верность, буду честен с тобой, буду любить тебя.

 – Я делаю шаг к Саванне. Одно дело – давать обещания в газете Бэйвью, и совсем другое – говорить их ей в лицо. Я бросаю ей газету. – Перед Богом и людьми.

Газета открывается, и сразу бросается в глаза объявление на всю страницу, которое я выстрадал, вымолил и за которое в итоге заплатил целое состояние – на эти деньги можно было выкупить всю эту идиотскую редакцию!

– Самому умному, храброму, красивому… – начинает читать Шиа.