И, разумеется, наше правительство не может не навариться на этом. Дошло до того, что обычных родителей могут лишить прав на совершенно здорового ребенка, если они якобы с ним жестоко обращаются. Например, дает под зад ремнем. И все только ради денег. Весь мир крутится вокруг них.
Да, да, да. Все так. Вся неприкрытая фиговым листиком правда о том, как много в мире уродов, которые в лепешку разобьются, только чтобы удовлетворить свои низменные инстинкты. И не важно насколько они страшные. А если ты девочка без рода, документов, просто душа на продажу, то остается либо в проститутки, либо нарываться на побои и сбегать в неизвестность.
— И зная все это, — выговариваю дрожащим голосом. — Вы стали делать то же самое. Вы стали частью этой гнилой системы!
Юра кивает, не став отрицать очевидное, но тут же говорит, пока я не начала колотить его руками.
— Самое интересное, что любая система работоспособна, если не начинает гнить изнутри. Как растение. Поначалу это можно не заметить, но любое растение гибнет, если сгнил корень.
— Вы корень? — доходит до меня как-то резко, выстрелом. Грубо и ясно.
Мы подъезжаем к небольшому белому зданию, где стоят люди в черных масках.
— Заказчики, — объясняет Юра. — Всегда есть те, кто делает заказ. И наша работа заканчивается, когда одна контора передает детей другой конторе.
— А потом? — выдыхаю сипло.
— А потом происходит примерно одинаковый сценарий.
В один момент подъезжает черная машина, из нее вылетают вооруженные люди и фактически воруют ту, в которую в очередной раз пересадили детей.
Они не убивают, просто уезжают, оставляя тех в дураках.
— Это нормальная практика, — объясняет он на мой раскрытый от удивления рот. — Когда одни воруют у других, а власти как бы ни причем.
Юра больше не произносит ни слова и везет меня еще на несколько кварталов вперед. А там детей высаживают и ведут в обычную больницу, каких в Англии, где мы находились, полно.
Я вряд ли смогу поверить в эту сказку до конца, если сама не посмотрю, как все происходит. Но уже спустя два часа, когда всех детей проверили на наличие болезней, повреждений, покормили, занесли в картотеку, потом распределили в английские приюты, где я точно знаю, все с содержанием нормально, я выхожу на крыльцо и закрываю лицо руками.
В голове хаос, мысли мечутся никак не связываются воедино. Это же так просто. Так легко. Почему же я не догадалась.
