Заповедь Варяга

Банкиры прибыли в точно назначенное время. Отказываться от подобного приглашения значило не только лишиться своего человека в важном регионе, постоянно лоббирующего интересы банков, но и нажить в его лице крупную неприятность. Каждому было известно, что господин Лукьянов не прощает ни малейшего промаха, а неявку на встречу невозможно будет списать на обыкновенную забывчивость. Скорее всего, он расценит подобную выходку как дерзкий вызов. Ни один из них не сумел бы потягаться с Валерием Валентиновичем в открытую, а потому они вынуждены были взирать на Лукьянова со смирением ягнят, оказавшихся волей случая в логове волка.

– Наша встреча деловая, а потому я бы не хотел утруждать вас долгими разговорами и хочу сразу перейти к делу, – обратился к ним Валерий Валентинович, когда гости расположились на мягких креслах. – Мне нужны деньги. Я тут посчитал, – он положил на стол несколько листков бумаги, – около ста миллионов долларов.

На лицах банкиров отобразилось явное недовольство.

Они не отказывались по просьбе Лукьянова участвовать в многочисленных презентациях в качестве меценатов, привычным стало выделять финансы на разного рода предвыборные кампании, причем в этом случае они жертвовали не государственными деньгами, а расставались с личными сбережениями. Каждый из них ежемесячно перечислял на счет Валерия Валентиновича весьма крупные суммы, что вполне позволяло ему вести безбедную жизнь, но в этот раз его запросы были весьма велики. Банкиры удивленно переглянулись. Они научились понимать друг друга с одного взгляда. Безусловно, они были соперниками, но это обстоятельство совершенно не мешало им объединиться в случае общей опасности. Сейчас и был как раз тот самый случай.

– Мы очень ценим ваше расположение, уважаемый Валерий Валентинович, но мне бы хотелось заметить, что вы просите очень большие деньги. Это кредит не на несколько месяцев, как я понимаю, а на долгие годы! Или это не так? – вежливо поинтересовался Семен Лившиц, шестидесятипятилетний глава акционерного коммерческого банка.

Старик был одним из первых, кто начал разворачивать банковскую деятельность в России. В молодости он трижды привлекался за мошенничество и всевозможные аферы. Но даже прессинг российских лагерей не сумел задавить в нем финансового гения. За несколько месяцев он сумел сделать то, что на Западе не удавалось сотворить поколениям потомственных банкиров.