Сон его больше напоминал какое-то странное оцепенение. То и дело открывая глаза, Кнехт ворочался с боку на бок, с нетерпением дожидаясь рассвета. Под утро, когда небо начало сереть, он поднялся и, умывшись снегом, зашагал дальше. Мужчина шёл, словно автомат. Его мозг погрузился в какое-то странное состояние, при котором Кнехт будто смотрел на себя со стороны. Этот день прошёл без приключений, но Кнехт уже ничего не чувствовал, кроме сосущей боли в желудке.
С каждым шагом она как будто усиливалась, заставляя его ускорять шаг.
Неожиданно лес закончился. Деревья расступились, и перед Кнехтом открылся бесконечный простор. Океан, сливавшийся на горизонте с небом. Отойдя от кромки леса, специалист остановился и принялся искать указанный ему ориентир. Как оказалось, он взял намного правее, и теперь должен будет идти по самой кромке леса. Получался крюк, но это не имело значения. Теперь, когда он точно знал, куда идти, у специалиста открылось второе дыхание.
Дав себе несколько минут, чтобы перевести дух, Кнехт направился в нужную сторону.
Всё его существо требовало только одного: идти. Двигаться в нужную сторону. Как угодно: бегом, шагом, ползком, но он должен был добраться до нужной точки, чтобы назло всему покинуть эту планету. Сосредоточившись на ходьбе, он не заметил, как от берега моря отделилась странная группа людей. Он продолжал идти, не слыша их криков и не оглядываясь по сторонам.
В чувство его привёл ощутимый рывок за руку и чей-то пронзительный вопль:
— Господин, подождите! Послушайте моих братьев и сестёр, они расскажут вам о божьем милосердии.
Вздрогнув, Кнехт очнулся и непонимающим взглядом уставился в лицо цепко ухватившемуся за его рукав подростку. Рядом с мальчишкой стояло ещё полдюжины таких же оборванцев. Сообразив, кто перед ним, Кнехт вдруг ощутил бешеную, звериную ярость. Тем временем подростки продолжали верещать, одновременно пытаясь стянуть с него куртку. Прочные застёжки ещё держались, но ткань кое-где уже трещала.
Резким рывком освободив рукава, Кнехт одним движением выхватил оба кинжала и, испустив какой-то дикий вой, в секунду перерезал горло стоявшему перед ним парнишке.
Не останавливаясь, он всадил клинок в грудь державшейся рядом с приятелем девочке, а левой рукой полоснул по лицу другому мальчику. Дико закричав, подросток упал в снег и, прижимая ладони к лицу, принялся кататься из стороны в сторону, окрашивая снег красным. Вся схватка заняла у Кнехта не более тридцати секунд.
