Так что, как я уже сказал, на мой вкус, наркоторговцы лучше вас.
— Только этим? Только тем, что они уничтожают глупцов? Или тем, что они не мешают вам жить? Вы не боитесь их, но очень боитесь нас. Разве не так?
— Страшны не вы сами по себе, а ваши методы. Вы убиваете всех подряд. Даже тех, кто не сделал вам ничего. Ни плохого, ни хорошего. Убиваете только потому, что вам так хочется. Вам кажется, что таким образом вы заставите правительства отступить, а на самом деле вас считают бешеными зверьми. Теми, кого нужно просто уничтожать — как болезнь, как вирус.
И никогда, слышите, никогда ваши цели не будут достигнуты.
— Это вы так думаете, — ответила Сандра не очень уверенно.
— Так думают правительства всех стран. На борьбу с вами брошены огромные средства, силы, техника. Так что ни одно правительство не пойдёт на уступки. Ведь это будет означать, что всё перечисленное было потрачено впустую. Ни один президент, ни один король, халиф или император не пойдёт на такое. Им будет гораздо проще выделить ещё денег на борьбу с вами.
— Хочешь сказать, что наши усилия тщетны? — удивлённо протянула девушка. — Я помню, что ты работал когда-то на правительство, а значит, знаешь, что говоришь. Но рано или поздно мы всё равно добьёмся того, что чиновники начнут заботиться о нуждах бедных, а не уничтожать их, словно крыс. Знаешь, что было со мной?
— Откуда? — пожал плечами Старый Лис. — Могу только догадываться, исходя из того, что уже слышал.
— Ну-ка, расскажи. Это даже интересно.
— Вы принимали участие в каком-то восстании или бунте, и вам сожгли лицо. Вы умудрились выжить и оказались в больнице для неимущих. Вас спасли, но пластические операции проводятся только платно, а значит, после того как вы поправились, вас просто вышвырнули на улицу. Там вас подобрал хозяин и помог обрести лицо. История не самая простая, но и незамысловатая. Таких как вы, к сожалению, сотни, если не больше. Я всегда говорил, что глупая политика и нежелание чиновников работать частенько порождает собственных убийц.
— А ты и вправду умный, — помолчав, кивнула Сандра.
Развернувшись на каблуках, женщина прошлась по каюте. Потом, снова опустившись на диван, закинула ногу на ногу. Подол лёгкого платья из паучьего шёлка соскользнул гораздо выше середины бедра, но она словно не заметила этого. Качнув несколько раз ногой, она глотнула кофе и, вздохнув, тихо сказала:"
"— Ты прав. Всё так и было. Только это был не бунт.
