Кроме того, я не получал приказа на твоё устранение. Отец решил, что ты ещё можешь нам пригодиться, — ответил Исмаил, скривившись так, словно проглотил лимон. — Именно поэтому я и сказал тебе, что ты можешь не бояться.
— Приятно это слышать, но, зная твоё отношение ко мне, я предпочитаю держаться настороже, — честно признался Лис.
— Можешь не верить, но я никак к тебе не отношусь. Мне всё равно, умрёшь ты или останешься жив. Это будет решать отец. Меня интересует совсем другое. Но должен признаться, что отец прав.
Ты можешь многому научить этих сопляков.
— Спасибо, — растерянно кивнул Старый Лис, не ожидавший услышать подобное.
— Не стоит. Я лишь говорю то, что сказал мне отец. Я бы сделал по-другому.
— Не уточнишь, как именно? — поинтересовался Лис.
— Получил бы все нужные данные, заставил тебя указать нужные места на карте, а потом убрал. Но не здесь. А там, в обитаемом мире.
— А почему не здесь? Ведь тут даже от тела избавляться не нужно. Затащил поглубже в кусты, и всё, — удивился Лис.
— Избавиться от тела можно и там, — небрежно отмахнулся Исмаил. — Но здесь ты постоянно настороже и готов к драке. А убивать того, кто к этому готов, сложно. И опасно. Нет. Гораздо проще и легче сделать это в большом мире. Там ты будешь чувствовать себя в безопасности и невольно расслабишься. И вот тогда я бы нанёс удар.
— Арабская изощрённость, — не удержался Старый Лис от колкости.
— Зато не так глупо и нагло, как это делают остальные, — не остался в долгу Исмаил.
— А отец знает о твоих планах?
— Это не планы. Это пример того, как стал бы действовать я.
— И что бы ты предпочёл? Нож или пистолет? — снова не удержался Лис.
— Мне всё равно. Я ведь уже говорил тебе, что я не получаю удовольствия от убийства. Так что, если придётся, я буду исходить из соображений удобства и целесообразности. Главное, достичь желаемого результата.
— Ты странный человек, Исмаил. На первый взгляд, обычный убийца, готовый уничтожать всех направо и налево, не разбираясь, виноват он в чём-то или нет.
А с другой, ты вдруг оказываешься человеком, который просто делает свою работу. И пусть эта работа не самая приятная, но ты её делаешь.
— И что тебя не устраивает? — не понял террорист.
— Я не понимаю этого. Обычно человек, переступивший черту, или старается избегать подобных ситуаций, или превращается в монстра.
— Обычно. Но ты забыл, что я не обычный человек и воспитывал меня очень необычный отец.
