— О том, что на моём судне любой осмелившийся разговаривать с офицером в подобном тоне, уже захлёбывался бы собственной кровью, — ответил Альказ, равнодушно и небрежно демонстрируя ему свои когти.
— Э-э, ну, парень просто пытался пошутить, — развёл руками Максвелл, пытаясь защитить своего подопечного. — Согласен, не очень удачно, но убивать за это…
Он не договорил, но ксеноброн отлично понял, что он хочет сказать. Впрочем, это был не его экипаж и не его судно. Именно это он и сказал, легко вздёргивая ушибленного пирата на ноги, ухватив рукой за шиворот.
— Как обращаться со своими людьми, решать тебе. Это твоё судно и твой экипаж. Главное, чтобы они подчинялись тебе в нужный момент.
— Об этом можете не беспокоиться. Мои люди умеют быть собранными и выполнять приказы, — решительно ответил изгой.
Кивнув, Альказ небрежно подтолкнул ушибленного пирата к выходу из кают-компании и, не дожидаясь продолжения разговора, двинулся следом за ним. Устроившись в отведённой им каюте, ксеносы едва успели занять разгрузочные гамаки, когда по кораблю разнёсся сигнал тревожного баззера, и обоих путешественников сдавило тяжёлой лапой перегрузки.
Дождавшись, когда закончится разгон и судно уйдёт в прыжок, а автоматика уровняет давление, Альказ выбрался из своего гамака и, не удержавшись, выругался:
— Если эти ненормальные всегда так летают, то я не завидую нашим истребителям."
"— Именно поэтому нам так нужно это оружие. Люди слишком сильно превосходят нас в техническом оснащении. А избежать большой войны мы просто не можем.
Пятно с каждым днём становится всё больше. Немножко, чуть-чуть, но остановить этот рост мы не можем.
— Неужели совет верховных техножрецов не может что-то придумать, чтобы справиться с ним? — еле слышно спросил Альказ.
— Мы даже не можем понять, что это за беда и из чего она состоит, — покачал головой верховный. — Я же говорил тебе, никто из отправленных к нему так и не вернулся. А чтобы бороться с чем-то, нужно знать, из чего оно состоит.
— Боюсь, мы окажемся между челюстями зверя, — устало вздохнул Альказ.
— С одной стороны у нас будут мягкотелые, а с другой — непонятное космическое пятно. Это будет уничтожение. Наше уничтожение.
— Ты не веришь в силу оружия империи? — удивился верховный.
— Я капитан одного из самых больших кораблей в имперском флоте, и мои оценки реалистичны. Глупо кричать о патриотизме, не имея под рукой мощного оружия. Я побывал в разных местах и повидал много разных планет.
